В первые послевоенные годы в условиях острейшего периода «холодной войны» Католическая церковь призвана была обеспечить сплоченность западного общества, и стоявший во главе нее Пий ХII не допускал никаких реформаторских отступлений, придерживаясь строго консервативных взглядов и жестко интегристской линии поведения. Но после его смерти и прихода к власти Иоанна XXIII (1958-1963) в католицизме начинается период глубоких перемен, самых серьезных со времен Тридентского собора (1545-1563). Они выразились в разработке программы «аджорнаменто», которая понималась как открытость новым веяниям изменившегося мира, «осовременивание» церкви и приведение ее в соответствие с духом времени. При этом идея папства о земной централизации церкви, как и учение о непогрешимости понтифика и его главенстве над всем христианским миром, никоим образом не ставились под сомнение, а, напротив, должны были усилить авторитет Ватикана как политической силы в условиях либерализации учения.

Модернистский поворот церкви был осуществлен на Втором Ватиканском соборе, ставшем поворотным событием в истории католицизма. Открывшись в октябре 1962 г., собор завершил свою работу в декабре 1965 г., приняв 16 документов, наиболее важными из которых были догматические конституции «О церкви», «О религиозной свободе», «О литургии», «Об экуменизме», «О церкви в современном мире», придавшие учению направленность христианского экуменизма. Однако эти обновленческие решения и последовавшая за ним практика имели для церкви самые серьезные последствия.

ЭКУМЕНИЗМ — РЕЛИГИЯ АНТИХРИСТА

Главным результатом их стало утверждение религиозного плюрализма и терпимости, приведшее к тому, что католическое учение стало приобретать все более размытый характер, а среди части католиков стал распространяться религиозный индифферентизм. Многие в церковном руководстве опасались, что ситуация выйдет из-под контроля. Кардинал Йозеф Ратцингер (будущий Папа Бенедикт XVI), бывший на соборе богословским консультантом, в связи с этим писал: «Принесенные собором результаты, как сегодня можно об этом судить, жестоко обманули ожидания всех… Папы и отцы-делегаты собора надеялись достичь нового католического единства, однако вместо него начались конфликты, переходящие, говоря словами самого Павла VI (Папа с 1963 г. — О.Ч.), от самокритики к саморазрушению. Вместо ожидавшегося прорыва мы, напротив, имеем дело с процессом постепенного упадка.».
С конца 60-х годов церковь впала в состояние внутреннего кризиса и обмирщения, ускорившее дехристианизацию западного общества, которая активно продолжалась все 70-е годы. Именно в этих условиях к власти в Ватикане под именем Иоанна Павла II приходит Кароль Войтыла, понтификат которого длился 26 лет и 5 месяцев (1978-2005).

Основные направления деятельности нового Папы определялись теми переменами, которые произошли в западном мире во второй половине 70-х годов.

СВЯЗЬ США С ТЕРРОРИСТИЧЕСКИМИ ГРУППИРОВКАМИ И ИНТЕРЕСЫ ВАТИКАНА

В социально-экономическом и внутриполитическом плане они характеризовались переходом к неолиберальному курсу развития, означавшему постепенный демонтаж государства «всеобщего благоденствия», а в международных отношениях — обострением холодной войны, вызванным новым курсом американского руководства на жесткое противостояние с Советским Союзом. В этих условиях, стремясь к укреплению авторитета Ватикана как религиозной и политической силы, Иоанн Павел II задействовал все возможности для усиления своего влияния на мировую политику, взяв четкий курс на союз с атлантизмом.

Рассматривая в качестве своего главного противника материалистический атеизм и коммунизм и поставив перед собой задачу добиться возвращения религии в западное общество, Папа провозглашает «новую евангелизацию» Европы и всего мира, направленную на восстановление католических ценностей и позиций церкви не только в частной, но и в общественной сфере. Главной опорой Иоанна Павла II становятся ин-тегристские организации и новые католические движения традиционалистской направленности, которые объединяли духовность с повседневной жизнью или вносили ее в социально-политическую сферу. Они были призваны сыграть определяющую роль в восстановлении позиций католицизма. Речь идет в первую очередь о таких организациях, как орден Опус Деи, Легионеры Христа, Focolare, Общность и Освобождение, Ковчег, Община св. Эгидия, неокатехуменаты, Дочери Милосердия, различные французские движения «харизматического обновления», вдохновленные американским протестантизмом.

«Мозгом и сердцем» католицизма, определяющим новую политику Ватикана и деятельность церкви в целом, становится Опус Деи, полностью заменивший собой орден иезуитов, который на протяжении четырех веков играл ключевую роль в обеспечении контроля над сознанием элит. Это стало возможным в силу уникальных особенностей данной организации, до такой степени засекреченной, что в Испании, откуда она родом, ее называют «белой мафией».

Созданный в 1928 г. испанским священником Хосемарией Эскрива де Балагером (1902-1975) в условиях франкистской Испании Опус Деи явил собой принципиально новый тип орденского объединения, будучи первой секулярной организацией Католической церкви, утвержденной указом Пия XII в 1947 г. (окончательно утверждена 16 июня 1950 г.). Кроме духовенства, она включает в себя и мирян, которые могут «обрести святость» в мирских будничных делах, выполняя совершенным образом свои профессиональные обязанности в определенной общественной сфере. Эскрива ставил своей целью формирование «духовности мирян», которая фактически воспроизводила протестантскую этику с ее сакрализацией мирской деятельности, в которой человек призван полностью себя реализовать, добившись успеха и процветания. Не случайно многие исследователи определяют учение Эскрива как католический вариант кальвинизма. Выполнение любого дела рассматривается тут как религиозное служение и неразрывно связано со стремлением к лидерству и установкой на принадлежность к элите.

Эта устремленность на успех в миру обусловила изначальный интерес ордена к экономике, банковскому делу, к участию в государственных органах власти (при формально декларированном аполитизме), а также то особое внимание, которое он уделяет школам, университетам, центрам по подготовке менеджеров, экспертов по финансам и пр. Именно технократы и политики, связанные с Опус Деи, сыграли решающую роль в трансформации экономики и государственных структур Испании в 60-70-е годы после выхода страны из международной изоляции, приспособив ее к западноевропейским стандартам. Так что использование современных технологий для «всеобщей мобилизации мирян» стало главным новшеством ордена, разработавшим стратегию, исходящую из старого принципа: «Кто управляет страной, определяет ее религию».

Другая особенность Опус Деи, обеспечивающая крайнюю эффективность его работы, заключается в том, что он создан по модели секты, в которой жесткая структура управления, централизованное иерархическое устройство и железная полувоенная дисциплина (полное подчинение духовному руководству) сочетаются с сетевым типом организации. Орден основан на строго клерикальной и иерархичной конституции, в которой священники, объединенные в Священническое общество Святого Креста, играют определяющую роль и заняты просвещением мирян. Дисциплина выражается в строгом подчинении своему начальнику, в соответствии с указаниями Эскрива: «миряне могут быть только учениками», «если ты хочешь спастись, подчиняйся», «повинуйся, как повинуется инструмент в руках артиста, не останавливающийся перед тем, чтобы размышлять». В результате члены Опус Деи оказываются в закрытом, замкнутом мире, будучи абсолютно уверены, что именно здесь они достигают полной свободы самореализации.

Все члены общества подразделяются на три ступени. Первая — нумерарии (священники и миряне) — штатные, являющиеся полными членами организации и выполняющие руководящие функции, имеющие университетское образование, живущие в целибате, соблюдающие все обеты и правила, отдающие весь заработок в пользу организации ордена (20% членов). Вторую составляют аггрегати — штатные члены, которые также холосты и отчисляют часть своего заработка (25%). К третьей относятся супернумерарии — сверхштатные, состоящие в браке (55%. Важно отметить, что в ордене существует также категория «сотрудников», которые официально не являются членами организации, а числятся ее сторонниками. В 1950 г. орден получил согласие Ватикана на то, чтобы в списки этих «сотрудников» включались не католики и даже вообще не христиане, что резко расширяет круг его охвата.

В соответствии с этой структурой строится вся деятельность ордена, имеющая также трехуровневую систему

Главную роль играют официальные центры и учреждения, представляющие духовную прелатуру. Несмотря на то, что число священников не превышает 2,1% членов, они играют определяющую роль и выполняют главные управленческие функции. Затем идут организации, создаваемые правоверными мирянами, как членами, так и сочувствующими и симпатизирующими ордену. К ним относятся университетские центры, центры профессионального обучения, часто регистрируемые как фонды, культурные центры, ассоциации, институты, где и происходит рекрутирование основной массы молодежи. В названиях этих организаций не присутствует название Опус Деи, но они связаны с ним теснейшим образом на религиозном уровне. Часто Опус Деи берет на себя ответственность за духовные аспекты их деятельности, что указывается в соответствующих проспектах этих организаций («духовное воспитание доверено Опус Деи, личной прелатуре Церкви»). И, наконец, третий уровень включает в себя различные финансовые, политические и идеологические учреждения, также создаваемые людьми Опус Деи, но не связанные с орденом религиозными отношениями. К ним относятся личные фонды, работающие на международном уровне и связанные с банками и промышленными предприятиями, политические клубы и семейные ассоциации. Эти учреждения, создаваемые и в тех странах, где Опус Деи не имеет своего представительства, настолько скрытно внедрены в структуру ордена, что их очень трудно распознать. Руководители этих организаций действуют как частные лица, и орден не несет никакой ответственности за их действия. Данная система позволяет ордену проникать в различные сферы и вовлекать в свою деятельность широкий круг людей. По данным самого ордена, в настоящее время число его членов достигает 85 тысяч, при том что в деятельности связанных с ним организаций участвует около 900 тысяч человек.

Уникальная религиозная и организационная дисциплина ордена и его методы «мобилизации» мирян сделали его незаменимым в условиях перехода церкви к «новой евангелизации». В конце 60-х — начале 70-х годов позиции Опус Деи настолько укрепились, что он поставил перед собой задачу осуществить глубинную «инфильтрацию» в тело церкви, главным каналом которой стал Римский центр встреч служителей культа (Centro Romano di Incontri Sacerdotali — CRIS), превратившийся в элитную организацию, где происходила обработка перспективных представителей духовенства, среди которых был и Краковский архиепископ, кардинал Кароль Войтыла. Известно, что друг Войтылы и его соотечественник прелат Римской курии Анджей Мария Дескур был близок к двум ключевым фигурам Опус Деи — Портильо, ставшему главой ордена после смерти Эскрива в 1975 г., и Хулиану Эррансу Касадо. Именно Дескур и познакомил Войтылу с Портильо, после чего между ними установились тесные связи.

Сыграв важную роль в приходе Войтылы к власти, орден поставил перед собой задачу добиться нового статуса внутри церкви, который позволил бы ему оказывать решающее влияние на политику Ватикана. Это произошло 28 ноября 1982 г. (день, который опусдеисты стали называть «исторической датой»), когда Иоанн Павел II принял апостольскую конституцию Ut Sit, в соответствии с которой ордену был присвоен статус «личной прелатуры» Папы, выводивший его из-под юрисдикции епархиального руководства, превращая фактически в самостоятельный, территориально не ограниченный диоцез. Следующим этапом, укрепившим позиции ордена, стала осуществленная ускоренным темпами беатификация (причисление к лику блаженных) Хосемарии Эскрива в 1992 г., после которой Опус Деи окончательно «вышел из подполья», заставив замолчать своих оппонентов. Выяснилось, что он обладает влиятельными покровителями, среди которых были кардиналы Рат-цингер (уже тогда возглавлявший Конгрегацию доктрины веры), Анджело Содано (госсеретарь — человек №2 в курии), Поль Пупар и др. Орден, в частности, высоко оценил поддержку Ратцингера, присвоив ему в 1998 г. титул доктора honoris causa Наваррского университета в Пампелуне — одного из главных учебных центров Опус Деи. А в 2002 г. состоялась такая же быстрая канонизация Эскрива, в результате чего его богословские идеи стали рассматриваться как часть Священного предания Католической церкви.

Благодаря отношениям глубокого доверия между понтификом и Опус Деи последний превратился в привилегированный, элитный отряд Папы. Некоторые исследователи утверждают, что орден настолько интегрировался в окружение Иоанна Павла II, что стал играть доминирующую роль, превратившись по существу в «церковь внутри церкви» . Ордену действительно удалось проникнуть на все уровни системы управления Ватиканом и, блокируя любую внутреннюю критику, последовательно проводить свои взгляды. Сила его заключается не в числе членов, представленных в курии, которое на первый взгляд является достаточно скромным, а в значении тех постов и должностей, которые они занимают. Речь идет о ключевых постах.

Орден поставил своего человека во главе одного из самых важных отделов в курии — пресс-службы Ватикана. Им стал нумерарий (мирянин) Жоакин Наварро-Валльс, к которому Папа испытывал глубочайшее доверие и который стал со временем одной из ведущих фигур в правительстве Ватикана, обеспечивавший создание нужного образа церкви в течение 22 лет. При нем пресс-служба отделилась от понтифи-кальной комиссии по связям с общественностью и превратилась в самостоятельный отдел Государственного секретариата, подчиненный непосредственно Папе и являющийся вместе с тем инструментом Опус Деи. Другой важной фигурой, также формирующей образ Ватикана, стал нумерарий (священник) Йаго де ля Сиерва, возглавивший созданное в 2004 г. международное телевизионное агентство Rome Reports, представляющее в средствах массовой информации все главные события, касающиеся церкви и деятельности понтифика. Один из двух кардиналов-членов ордена Хулиан Эрранс Касадо был непосредственным советником Папы и возглавлял Понтификальный совет по законодательным текстам и дисциплинарную комиссию (местное министерство юстиции) вплоть до своего ухода в феврале 2007 года в силу преклонного возраста. Именно он отвечал за интерпретацию значения и подтекста Кодекса канонического права, готовил декреты, тексты и проводил в жизнь решения понтифика. Во главе службы персонала Ватикана (местного отдела кадров) также стоял член ордена мирянин Джио Мария Полес.

Будучи представлен во всех отделах административного аппарата, конгрегаций и понтификальных советов, орден находится в курсе всего, что происходит в церкви. В Рим к нему стекается информация из всех подразделений, в которых благодаря жесткой системе подчинения составляются подробные отчеты о деятельности каждого члена ордена -такой возможности, естественно, лишены местные епископы и священники. Все это обусловило его уникальную роль внутри церкви: аналитики называют его неофициальным центром ватиканской спецслужбы или главной разведывательной службой Папы, выполняющей важнейшие политические миссии благодаря использованию своеобразных методов и способов проникновения. Для деятельности Опус Деи характерны закрытый, секретный характер и «точечная» работа, то есть привлечение конкретных влиятельных, а по возможности, ключевых фигур, которые и становятся ядром «агентуры влияния» Ватикана. Орден не имеет официальных списков своих членов, сами члены не должны афишировать своей принадлежности к организации и хранят в тайне все, что касается методов их работы, в силу чего трудно установить те учреждения, которые с ним связаны. К тому же не существует и официальных финансовых отчетов, а печатный орган ордена «Хроника» доступен только нумерариям.

Главные направления деятельности Опус Деи, представляющие для руководства Ватикана первостепенное значение, — это, во-первых, обеспечение интеллектуальных разработок стратегического значения и, во-вторых, контроль за финансами.

Что касается первого, то орден призван решать важнейшую идеологическую задачу, заключающуюся в такой перестройке сознания европейских элит, которая обеспечивает полное принятие основных положений того англосаксонского неолиберального проекта, который стал последовательно осуществляться с конца 70-х годов. Идеологические установки ордена, представляющие собой своеобразный симбиоз неолиберализма и религиозного фундаментализма, явились фактически католическим аналогом теории экономической свободы Ф.Хайека, призванной оправдать уход государства из социально-экономической сферы общества.(Здесь и далее выделено мною. —О. Ч.) Они стали основой для разработки соответствующих учебных и исследовательских программ, осуществляемых в контролируемых орденом институтах и образовательных центрах.

Вдохновителем этих неолиберальных идей стал американский Институт изучения религии и свободы им. Актона (Мичиган), а главным центром распространения — созданная в 1986 г. Международная академия философии в Лихтенштейне (1АР), тесно связанная с польским Люблинским католическим университетом (в нем преподавал Кароль Войтыла). В последнем сложилась своя теологическая школа, которая основывается на доктрине «вечной философии», взятой из идей Гуссерля. В соответствии с ними мир представляется в манихейском духе: все вещи изначально делятся на плохие и хорошие, а люди — на морально плохих и хороших, что фактически обосновывает тот элитарный подход, который так характерен для Опус Деи. Это философско-духовное течение, к которому принадлежит персонализм Кароля Войтылы и других польских теологов, тщательно изучается в 1АР, и именно на этом фундаменте орден стремится произвести «духовное обновление Европы». Ректор Академии Йозеф Серферт даже говорит о Школе ЛЛ (Люблин-Лихтенштейн), которую можно считать основным инструментом распространения господствующей католической этики. На основе неолиберальных мировоззренческих установок формировалось уже новое поколение европейских политиков, финансистов, экономистов, пришедших на смену старым кадрам в конце ХХ — начале ХХ1 века.

Другая главная забота ордена — финансовое обеспечение и управление средствами Святого Престола

Располагая обширной финансовой сетью, орден обеспечил Ватикану обладание гораздо большей властью над банками, чем это было в эпоху христианских демократов. Главной опорной структурой Св. Престола является Институт по делам религии (ИДР), называемый Банком Ватикана, который после разоблачения в начале 80-х гг. банкирско-мафиозной группировки Марцинкуса сумел восстановить свои позиции в результате соответствующей реформы, предпринятой Иоанном Павлом II в целях создания «положительного» имиджа ИДР. Важно также отметить, что, начиная с 80-х годов, среди направлений финансовой деятельности церкви на первом плане оказались США, в которых существует самая богатая католическая община. Именно сюда стали перемещаться инвестиции Ватикана, а в 1987 году в Вашингтоне был открыт специальный фонд Иоанна Павла II, сумма инвестиций которого в 1998 г. составила 44 млн. долларов.

Источники:

Ibid. P.62. Enquêtes et documents. Paris: Editions Golias,
Fourest C., Venner F. Op. cit. P.102.

Ключевой фигурой тут стал близкий к ордену архиепископ Вены, кардинал Кениг, связанный с «Великой национальной ложей Австрии». За три дня до открытия конклава по инициативе Кенига была проведена секретная встреча в папском колледже «Pio Latinoamericano», где ему удалось заручиться поддержкой некоторых кардиналов из Франции, Голландии и ФРГ в деле выдвижения Войтылы (См.: Путилов С. Зловещая поступь масонства //Православие или смерть: Публицистический альманах. М., №5. С.1; Normand F. La troublante ascension de l ‘Opus Dei // Le Monde diplomatique. Sеptembre 1995. P.22).

Hertel P. Op. cit. P.239-24G.

Опус Деи остается до сих пор единственной персональной прелатурой в Католической церкви.

Hertel Р. Op. cit. P.273.

Tincq H. L’usure d’un règne de près de vingt ans // Le Monde. 11 août 1997.

В настоящее время Опус Деи представлен в 87 государствах и насчитывает 1654 прихода и центра пастырской опеки.

L’Opus Dei: les soldats du communautarisme chretien

В 1994 г. IAP создал Фонд в поддержку академии, во главе которого встал бывший глава итальянского государства и пожизненный сенатор Франческо Коссига (Terras Ch. avec la collaboration de P.Hertel et R.Libero. Opus Dei. Enquête au cœur d’un pouvoir occulte. Editions Golias, 2006. P.60-61).

СОДЕРЖАНИЕ

The post КАТОЛИЧЕСКАЯ ЦЕРКОВЬ В ПЕРИОД НЕОЛИБЕРАЛЬНЫХ 70-Х — 80-Х ГГ. ХХ ВЕКА first appeared on Глобальная Политика.

Но вначале о самом визите. Перед тем как посетить в Стамбуле своего православного собрата, понтифик побывал в Анкаре. Он направился в мавзолей основателя турецкого государства Ататюрка. Положил перед его гробом венок из цветов и оставил запись в книге почетных гостей. Затем отправился в новый президентский дворец, где имел частную беседу с президентом Турции Реджепом Эрдоганом, после которой прошли встречи в более расширенном составе с премьер-министром Ахмедом Давутоглу, главой Диянет (управление по делам религий) Исмаилом Палакоглу.

Франциск выразил радость по поводу возможности посетить Турцию, «богатую красотой природы и историей, наполненную следам древних цивилизаций, которая является мостом между двумя континентами и различными культурными проявлениями». При этом многозначительно заметил, что эта земля «дорога каждому христианину», ведь здесь проповедовал апостол Павел, здесь состоялись первые семь Вселенских Соборов, здесь в Эфесе, по преданию, некоторое время жила Богородица Мария. Не обошелся в ответ без легкой «шпильки» и Эрдоган. Турецкий президент в своем выступлении упомянул события в Сирии, иносказательно обвинив в «преступлениях против человечности» президента Башара Асада. И заодно посетовал на то, что некоторым странам разрешено осуществлять государственные перевороты, в чем ряд экспертов усмотрели намек на Египет, где тесно общающийся с Ватиканом коптский православный патриарх Тавадрос II вступил в коалицию с военными, убравшими президента Мурси.

Однако в целом политические аспекты визита понтифика были «завернуты» в религиозную обертку экуменического диалога.

ЭКУМЕНИЗМ — РЕЛИГИЯ АНТИХРИСТА

Накануне встречи Франциска и Варфоломея Radio Vaticana взяло интервью у президента Папского совета по содействию христианскому единству кардинала Курта Коха на тему, как обстоят дела с диалогом между католиками и православными. Константинопольский патриарх, пояснил кардинал Кох, обладает «первенством чести» среди Православных церквей, однако «это первенство по-разному интерпретируется, поэтому я надеюсь, что Всеправославный собор, запланированный на 2016 год, поможет установиться большему единству среди православных Церквей. Это чрезвычайно важно и будет значимым шагом также и в продвижении диалога между нами и православными Церквами». По словам кардинала Коха, «серьезной преградой для экуменического диалога является тот факт, что сами православные не находятся в согласии друг с другом по многим вопросам, а это в свою очередь затрудняет диалог с Католической церковью». «Поэтому я надеюсь, — продолжил католический иерарх, — что эта ситуация будет разрешена посредством Всеправославного собора».

Тем самым кардинал Кох создал интригу

Многие автокефальные православные Церкви с большим подозрением относятся к претензиям Константинопольского патриархата быть не «первым среди равным», а просто первым.

Иногда это раздражение выплескивается на публику, но чаще главы Церквей находят иные способы продемонстрировать Фанару свое недовольство. В том числе, в ходе экуменического диалога, который сегодня почти прибрал к своим рукам с православной стороны патриарх Варфоломей. Как отмечает генеральный директор L’Œuvre d’Orient (французская ассоциация по содействию христианам Востока) епископ Паскаль Гольниш, между Ватиканом и Константинополем «единство уже есть, до 95%», хотя Смешанная международная комиссия по богословскому диалогу между Римско-католической и Православными церквями до сих пор застряла на вопрос о примате римской кафедры, что было видно во время ее последнего заседания в Аммане в сентябре этого года. Первенство папы Римского — удобный повод для православной оппозиции под этим предлогом торпедировать экуменическую линию Константинополя. Однако все это до поры до времени.

Франциск уже давал понять, что не собирается держаться за примат римской кафедры. Поэтому нельзя исключать того, что накануне проведения в 2016 году Всеправославного собора Святой престол может выступить с революционной идеей: передать церковное первенство от Ватикана Константинополю. В таком случае Константинопольский патриарх де-юре окажется главой католическо-православного сообщества и остальные главы Церквей не смогут противится линии на экуменический диалог. Разумеется, де-факто вести его будет по-прежнему папа Римский.

Для Турции это означает большие перемены и трудные вызовы. Президент Эрдоган использует против секулярной Европы религиозный фактор. Ведь проводимая им и «Партией справедливости и развития» исламизация страны направлена не только на подавление экстремистских течений мусульманского толка и оппозиционных проповедников. Не случайно в разговоре с Франциском турецкий президент попросил обратить особое внимание на борьбу с исламофобией в Европе. Однако понтифик и сам скептически относится к Евросоюзу, что показало его недавнее выступление в Европарламенте и Совете Европы в Страсбурге. Око папы устремлено на Восток. Если он и пойдет с «крестовым походом» на новых альбигойцев, то это наступление начнется с берегов Босфора. Но вначале Ватикану нужно привести к единому знаменателю православное сообщество, у которого пока нет своего «папы». В союзе с Константинопольским патриархатом и армянскими католикосатами Святой престол обрубит для Анкары возможности играть на противоречиях христианского мира. А после того как Турция увидит, что ее окружает более радикальный вариант исламского мира, чем она может себе позволить, у власти не останется иного выхода, как отправиться за помощью в Ватикан. Чем может в этой ситуации ответить президент Эрдоган?

СВЯЗЬ США С ТЕРРОРИСТИЧЕСКИМИ ГРУППИРОВКАМИ И ИНТЕРЕСЫ ВАТИКАНА

Османская империя умела проводить операции на территории «врага»

Она дважды продемонстрировала такие способности в начале и конце XVI века. Первый раз, когда осуществила раскол Католической церкви и вызвала в Европе к жизни Реформацию. Во второй раз, когда практически вынула Россию из коалиции между Римской курией — Священной Римской империей — Персией, переориентировав Москву на войну с польскими латинянами и руськими униатами на пространстве Речи Посполитой Обоих Народов.

В последнем случае османы смогли это сделать при взаимодействии с Русской православной церковью, которой оказалось предпочтительней иметь дело с подчиненными султану главами Восточных православных церквей. В наше время Европа предлагает Турции, как и России, смотреть на мир «западными глазами». А это в интересах наших стран? «Между исламом и христианством не может быть межрелигиозного диалога в таком смысле, как это привык понимать Ватикан», — заявил накануне прибытия в страну папы Франциска высокий муфтий Турции Мухамет Гормез. Духовные лидеры часто видят дальше, чем мирские власти. Главное, вовремя к ним прислушаться.

Оригинал публикации: http://www.regnum.ru/news/polit/1871573.html

The post ПОЧЕМУ ВАТИКАН СКЛОНИЛСЯ ПЕРЕД КОНСТАНТИНОПОЛЕМ И АТАТЮРКОМ first appeared on Глобальная Политика.

Экуменизм по-иезуитски

Уже в последние годы правления Бенедикта ХVI Ватикан стал толковать экуменизм не как «толерантное признание различий друг друга», а как единство, которое является «основополагающей категорией христианской веры». Однако единство это, в соответствии с учением Св. Престола, возможно только при условии признания православными римского папы как преемника апостола Петра и главы Христианской Церкви. А поскольку формального признания главенства понтифика Ватикан добиться не может, он разработал более гибкую форму поиска «единства»: не путём дипломатии и богословских диалогов, а, как выразился, глава папского совета по содействию христианскому единству кардинал Курт Кох, на человеческом, дружеском, духовном уровне. «Тем, что нас объединяет больше всего, является таинство Крещения, признанное всеми, и Апостольское исповедание веры». Так что Ватикан не будет навязывать нам обсуждение богословских вопросов, а будет объединять нас в христианской молитве.

ИЗМЕНА В ВАТИКАНЕ

В этом смысл нового курса, который проводит папа-иезуит Франциск, являющийся специалистом не только по экуменической открытости, но и по восточному обряду — недаром он бывший ординарий униатов Аргентины и воспитанник священника галичанина Степана Чмиля. Как сказал о папе стажировавшийся у него нынешний глава Украинской греко-католической церкви (УГКЦ) Святослав Шевчук, он «знает нашу духовность», «хорошо знает наш обряд и даже помнит нашу Литургию».

Лучше всего суть нового курса ещё раньше выразил отвечавший до недавнего времени за отношения Св.Престола с Православными церквами стран Восточной Европы и Грузии иезуит Милан Жуст: «То, что нам нужно в первую очередь, — это общение на пастырском уровне, а не только на богословском или иерархическом. Тогда возникает доверие… Если же есть доверие, то всегда можно найти цитату (из Писания — О.Ч.), чтобы другого оправдать». Но какова цель этого оправдания? Жуст прямо указывает, что через процесс общения готовится почва для определённых решений: «Для нас важно, чтобы принятие совместных документов или возможная будущая встреча Папы и Патриарха не вызывали серьёзных протестов. Но пока протесты есть, я первый скажу, что, скорее всего, время ещё не пришло».

Таким образом, Жуст всё объяснил: укрепление веры необходимо, чтобы подготовить встречу между папой и Патриархом, а сама встреча должна обеспечить то самое «христианское единство», или ту «полноту вселенскости», которая возможна только с признанием римского понтифика главой Церкви.

Но как оправдать перед православными совместные молитвы с иезуитом, представителем того ордена, который, как писал Ю.Ф.Самарин, совершил великую «мировую сделку», заключив «унию между истиной и ложью, добром и злом, Божьею правдою и человеческой неправдою»? И тут папа Франциск совершает сильный информационный ход.

Ватикан и Сирия

В начале сентября, в условиях подготовки США вторжения в Сирию, значение которой для России всем хорошо известно, понтифик обратился с письмом к участникам саммита «Большой двадцатки», в котором, кроме всего прочего (а речь там шла в первую очередь, о необходимости «глобальной финансовой структуры»), призвал их найти мирный способ разрешения «конфликта в Сирии». Призыв этот, однако, ничем не подкреплён.

Во-первых, папа не указал ни виновников, ни участников «бессмысленной бойни» в Сирии, которую он назвал «конфликтом». Между тем, в Сирии идёт война с вооружёнными группировками боевиков из 83 стран мира, которую сирийский народ ведёт с весны 2011 г. Как заявил в конце сентября на 68 сессии Генеральной ассамблеи ООН министр иностранных дел Сирии Валид Муаллем, в его стране нет гражданской войны, но есть «война против террора, который не признаёт никаких ценностей, не признаёт справедливости и игнорирует любые права или нормы закона». При этом он подчеркнул, что любые политические решения, сопровождаемые поддержкой терроризма путём поставок оружия, финансирования или обучения боевиков, являются лишь иллюзией решения проблемы.

Но хорошо известно, что финансирование и обучение боевиков осуществляемое США, Британией, Францией, Саудовской Аравией, Катаром, не прекращаются. Напротив, по мере того, как умеренная «сирийская оппозиция» теряет своё влияние в стране, руководители этих государств всё более активно занимаются реорганизацией антинародных боевых формирований. Зато идёт подготовка к ликвидации химического оружия Сирии — единственного оружия сдерживания, которым обладает сирийский народ. Что же касается проведения конференции «Женева-2», намеченной на 22 января, то она вообще стоит под вопросом, поскольку «оппозиция» требует в качестве предварительного условия для переговоров уход Башара Асада[4]. Ситуация особенно обострилась после того, как в конце ноября шесть радикальных исламистских группировок на севере Сирии объединились в единую боевую структуру «Исламский фронт». В начале декабря вместе с другими организациями он принял участие в прямых переговорах в Анкаре, которые впервые провели США, Великобритания, Саудовская Аравия и представители стран группы «Друзья Сирии» с представителями действующих в Сирии исламистских группировок.

Одновременно продолжает раскручиваться кампанию по демонизации законного сирийского правительства. В начале декабря верховный комиссар ООН по правам человека, известная защитница ЛГБТ-извращенцев Нави Пиллай впервые заявила, что у ООН есть доказательства того, что сирийские власти, включая президента Башара Асада, ответственны за совершение военных преступлений, преступлений против человечности (по её словам, «масштаб злодеяний, совершённых обеими сторонами конфликта не поддаётся осмыслению»). Она также сообщила, что комиссия ООН создала список тех, кто, по мнению экспертов, несёт прямую ответственность за грубые нарушения. Предполагается, что в список входят высокопоставленные представители армии и правительства, однако информация об этом остаётся конфиденциальной ввиду проведения возможного военного трибунала в Международном уголовном суде (МУС). Логика «комиссаров» проста: поскольку зверства, чинимые боевиками, скрыть невозможно, надо обвинить в них сирийское правительство.

Однако никаких заявлений по поводу такого вопиющего извращения событий и продолжающегося террора папа Франциск не делает. Хотя госсекретарь США Джон Керри, один из активных проводников агрессивной политики в отношении сирийского народа, главной жертвой которой являются христиане, является католиком. В этих условиях провозглашённая забота понтифика о христианах Ближнего Востока остаётся пустой декларацией.

Во-вторых, и это главное, отношение Ватикана к событиям на Ближнем Востоке определяется в первую очередь состоянием иудейско-католического диалога, который продвинулся настолько далеко, что папа Франциск попал в известный список «50 евреев» года. Лидирующая роль иудаизма, признаваемого Ватиканом «старшим братом», обусловила крайнюю осторожность Св. Престола в своей политике в этом регионе, ориентирующейся на интересы Израиля.

КАТОЛИЦИЗМ В НАСТУПЛЕНИИ: ИДЕОЛОГИЯ И ПОЛИТИКА ВАТИКАНА В УСЛОВИЯХ ПЕРЕХОДА К ГЛОБАЛИЗИРОВАННОМУ МИРОВОМУ ПОРЯДКУ

А именно с этими интересами связан американский геополитический курс в отношении исламских государств, в основе которого лежит известная концепция «столкновения цивилизаций» Б.Левиса и С.Хантингтона, противопоставляющая традиционный ислам ценностям иудео-христианства, представленного в качестве единой цивилизации. Однако с началом «арабской весны» и усилением позиций радикального исламизма, этого детища западных спецслужб, главной жертвой новых процессов стали местные христиане, а не иудеи. Дехристианизация Ближнего Востока происходит в условиях укрепления позиций Израиля, для которого «арабская весна», как показал в своих работах идеолог «гиперсионизма» раввин Шмулевич, стала благом. При этом речь идёт необязательно о военном контроле и силовом присутствии, но и об интеллектуальном и экономическом влиянии. Главное — включённость территории в общее поле, в центре которого находится Израиль.

Говоря о территории Израиля, Шмулевич выделяет необходимость занять «естественные границы по Нилу и Евфрату, установленные Торой», за что ратует партия Ликуд во главе с её лидером, израильским премьер-министром Биньямином Нетаньяху. Вслед за этим последует второй этап наступления — распространение гегемонии государства Израиль на весь район Ближнего Востока.

Однако Шмулевич лишь повторяет положения разработанного и опубликованного ещё в 1982 г. стратегического плана Израиля на 80-е гг., известного как «план Инона» (по фамилии представившего его сотрудника израильского МИДа Одеда Инона). Это план, направленный на территориальную экспансию Израиля и достижение им доминирования на Ближнем Востоке путём политической дестабилизации и «балканизации», то есть дробления соседних арабских государств.

В отношении восточного фронта Израиля в плане сказано: «Полный распад Ливана на пять провинций послужит прецедентом для всего арабского мира, и в том числе для Египта, Сирии, Ирака и Аравийского полуострова, и всё уже идёт именно к этому. Распад Сирии и Ирака позже на этнически или религиозно уникальные области, как в Ливане, является главной задачей Израиля на восточном фронте в долгосрочной перспективе, в то время как исчезновение военной мощи этих государств — задачей на кратковременный период. Сирия распадётся в соответствии со своей этнической и религиозной структурой на несколько государств…, так что там будут шиитско-алавитское государство в районе Алеппо, ещё одно суннитское государство в Дамаске, враждующее со своим северным соседом, друзы, которые создадут своё государство, может быть, даже в наших Голандских высотах, и, конечно, в Хауране и северной Иордании».

Это стратегические цели

Они рассчитаны на долгосрочную перспективу и особенно актуальны сегодня. Этим определяется заинтересованность Израиля в разжигании войны в Сирии, с которой он с 1973 г. находится де-факто в состоянии войны. Этим определяется его тесное сотрудничество с Саудовской Аравией, одним из ключевых координаторов деятельности исламистских боевиков в Сирии.

Израильская разведка активно сотрудничает с американской по внедрению агентуры в режим Башара Асада. Как указывал бывший глава израильской военной разведки, «мы прекрасно знаем, что происходит в Сирии, и обладаем очень развитой системой сбора сведений на её территории. Израильтяне — это глаза и уши США» [9]. СМИ неднократно сообщали о присутствии на территории Сирии израильского спецназа, о контроле Моссад за деятельностью салафитских группировок в стране, об оказании израильской разведкой активной военной и тыловой помощи террористическим группировкам, о проведении израильскими военными совместных операций с боевиками на территории между Сирией и Палестиной, о поставке Израилем оружия террористам [10]. Когда весной 2013 г. Израиль нанёс по Сирии ракетные удары, сирийское государственное агентство САНА заявило, что эта атака «подтверждает участие Израиля в заговоре против Сирии и его связь с террористическими группировками, действующими в Сирии при поддержке Запада и некоторых арабских стран».

В конце сентября завесу тайны над закулисной ролью Израиля приподнял и сам посол Израиля в США Майкл Орен, являющийся доверенным лицом Беньямина Нетаньяху. Он заявил, что Израиль хочет, чтобы сирийского президента Башара аль-Асада свергли, даже если это приведёт к власти в Дамаске радикальных суннитских исламистов. «Мы всегда хотели, чтобы Башар Асад ушёл, мы всегда предпочитали плохих парней, не поддерживаемых Ираном, плохим парням, поддерживаемым Ираном», — сказал он, подчеркнув, что самой большой опасностью для Израиля является стратегическая дуга, которая проходит от Тегерана до Дамаска и Бейрута. «И мы считали режим Асада краеугольным камнем в этой дуге».

Как написал американский журналист Р.Пэрри, «Израиль и Саудовская Аравия являются мастерами геополитики мягкой силы, обе страны имеют разведывательные службы мирового уровня и способны влиять на действия других глобальных игроков — Израиль делает это посредством своих уникальных пропагандистских и политических навыков, а Саудовская Аравия посредством контроля над поставками нефти и финансовыми рынками… Понимая, что теперь у них есть поддержка Израиля, а также Саудовской Аравии, сирийские повстанцы, скорее всего, будут сопротивляться любому давлению США в отношении прекращения огня или мирных переговоров».

Какова же в этих условиях позиция Ватикана?

Поскольку Св.Престол признаёт неизменность избранности иудеев и вечность Израиля как «исторический факт и предзнаменование в Божественном плане», он не может осуждать курс израильского правительства на восстановление его государства в границах Древнего Израиля. Но и открыто поддерживать политику, ведущую к исходу христиан с Ближнего Востока, для него недопустимо. Отсюда воздержание от реальной оценки событий и умиротворяющие общие декларации, не подкрепляемые конкретными действиями, оборачивающиеся в итоге предательством сирийских христиан. Показательно, что о мире на Ближнем Востоке он говорил и во время своей встречи и с премьером Израиля Б.Нетаньяху 2 декабре этого года. Призывая к миру в Сирии, понтифик ни слова не говорит о тех, кто стоит за спиной бесчинствующих террористов, допускающих зверства в отношении христиан, и кто несёт ответственность за гуманитарную катастрофу в стране. Но не в традициях иезуитов искать правду.

После письма к «Большой двадцатке» папа Франциск объявил 7 сентября «днём молитвы и поста за мир в Сирии, на Ближнем Востоке и во всём мире». С этого момента тема христиан на Ближнем Востоке превращается папой в ключевую для обеспечения православно-католического сближения и «культивирования» чувства экуменизма.

Ватикан и Украина

21 ноября папа Франциск в ходе встречи участников пленарного заседания Конгрегации по делам по делам Восточных Церквей подчеркнул значение «примата кафедры св. Петра» для «универсального общения» поместных Церквей, поскольку именно этот примат способствует единству различий в традиции. Папа подчеркнул, что перед Восточными Церквами стоит задача активизации общения с сообществами латинского обряда и призвал учиться «экуменическому духу и диалогу» у Церквей в Святой Земле. И вновь выразил озабоченность ситуацией христиан на Ближнем Востоке.

В тот же день, 21 ноября после объявления правительством Украины о приостановке подготовки к подписанию соглашения о катастрофической по своим последствиям для Украины ассоциации с ЕС начались массовые акции оппозиции в Киеве и других регионах Украины. Важную роль в событиях «евромайдана» изначально стала играть Украинская греко-католическая церковь (УГКЦ), представляющая собой самую многочисленную часть Католической церкви на Украине и выполняющая миссию по обеспечению единения Украины с Европой. Священники УГКЦ не ограничились моральной поддержкой сторонников евроинтеграции, но и стали проводить агитацию, призывая верующих отправляться в Киев. Однако уверенность, с которой действовало руководство УГКЦ, была обусловлена той поддержкой, которую оказывает ей Ватикан.

Действительно, 25 ноября произошло, как написала пресса, «выдающееся событие»: впервые в истории независимой Украины глава УГКЦ, которым сейчас является Святослав (Шевчук), отслужил Литургию на главном престоле Собора Святого Петра в присутствии папы римского. Между тем, исключительное право служить на главном престоле ватиканской базилики имеет папа римский и те, кому он предоставляет такую привилегию. Как отметил пасторальный координатор для украинских греко-католиков в Италии отец Марко, «то, что Блаженнейший Святослав получил возможность, является свидетельством особого расположения папы к Украинской Церкви и народу» (одна из влиятельных польских газет по этому поводу заметила, что «такое событие ещё недавно было бы воспринято в Москве как провокация»). В богослужении приняли участие 30 греко-католических епископов, 220 священников и около пяти тысяч паломников из Украины, Белоруссии, Литвы, Италии и других стран мира. Литургию отслужили на украинском, белорусском и итальянском языках.

Событие это произошло по случаю дня памяти Иосафата Кунцевича и 50-летия перенесения его мощей в собор Святого Петра в Риме. Папа обратился к паломникам на итальянском языке, произнеся по-украински «Слава Иисусу Христу!» и заявив: «Глубокое общение, которое вы хотите углублять ежедневно внутри Католической церкви, помогло вам строить мосты братства также с другими церквами и церковными общинами на украинской земле и там, где присутствуют ваши общины. Пусть вас всегда сопровождает да благословит Господь Бог, по заступничеству Пресвятой Девы Марии и святого Иосафата». «Память этого святого напоминает нам о сопричастности святых. Вспомним и мы, кто такой Иосафат Кунцевич. Это униатский архиепископ Полоцкий и Витебский, действовавший в период утверждения Брестской унии, разработанной иезуитами как средство раскола среди белорусов и малороссов, (как утверждал известный иезуит Поссевино, «уния, а за ней и святое вероучение католическое придут на Восток из Львова и Луцка, из Вильно и Полоцка»). Утверждение унии происходило с помощью насилия и террора: за православными не признавались политические права, их братства и школы подвергались гонениям, было запрещено строительство православных церквей, существующие храмы захватывались униатами. Особенно же прославился своей преступной карательной деятельностью Иосафат Кунцевич. Отобрав все храмы и монастыри у православных, он запретил под угрозой смерти православным священникам появляться в местах, где находились церкви. Литовский канцлер Лев Сапега вынужден был предупредить его: «Вы же необдуманными насилиями притесняете русский народ и толкаете его на бунт и неповиновение… Вы пишете, что Вам свободно топить православных и рубить им головы… что надо отдать (их) церкви на поругание… (Вы) запираете церкви, чтобы люди без благочестия и христианских обрядов умирали как нехристи… Вместо радости Ваша льстивая Уния принесла нам только горе, непокой и нестроение…».

Население Витебска, единодушно отказавшись повиноваться Кунцевичу, почти поголовно восстало против него и учинило над ним расправу. После чего, по указанию папы Урбана VIII, польский король Сигизмунд III при помощи иезуитов обрушил на жителей города волну репрессий, которые захлестнули в итоге весь край. Сотни людей были брошены в тюрьмы и казнены, у тысяч — изъяты земельные наделы, православные церкви закрывались и опечатывались. Кунцевич же на следующий день после своей смерти был объявлен Католической церковью блаженным, а в 1867 г. возведён в ранг святого. В 1923 г. папа Пий ХI издал энциклику, в которой Кунцевич именуется «священномучеником» и говорится, что такие примеры «святой жизни» должны способствовать единению всех христиан. Именно этого человека папа Иоанн Павел II называл «апостолом единения», «благородной личностью», «чья пролитая кровь навеки сплотила великое дело Унии».

Как отметил докторант Папского Салезианского университета диакон Андрей Солецкий, присутствие мощей Иосафата в соборе Петра в Риме является «видимым знаком единства украинской Церкви с европейским христианством». Далее он заявил: «Сегодня, когда различные политические силы пытаются изменить цивилизационный вектор Украины, нам следует вспомнить подвиг священномученика Иосафата, который ещё в ХVII в. отдал свою жизнь за единство Украинской Церкви с епископом Рима… Святой Иосафат видел в этом единстве также цивилизационный путь, которым должен идти украинский народ. Отмечая 50-летие перенесения мощей св. Иосафата в собор св. Петра в Риме, УГКЦ как раз показала своё стремление идти по этому пути. Уже сам факт присутствия мощей украинского святого в главном храме католического мира указывает на место украинской Церкви в контексте мирового христианства, а затем — на важную цивилизационную миссию Украины быть мостом единения между западной и восточной культурами…» Он заключил, что предоставив главе УГКЦ привилегию отслужить литургию в соборе св. Петра, папа Франциск «таким образом подтвердил важную роль украинской Церкви и святого Иосафата, в частности, в создании будущего христианского лица Европы».

Так, изначально нам показали, по чьему примеру нас будут «единять» с европейским христианством. При этом тема единения стала ещё более актуальной после визита к папе римскому российской делегации во главе с президентом России, состоявшейся в тот же день.

ЧЕМУ УЧИТ ОПЫТ «ВОСТОЧНОГО ПАРТНЕРСТВА»

Особую роль в укреплении положения Украины как «моста единения» играет Польша, являющаяся наряду со Швецией инициатором политики «Восточного партнёрства». 27 ноября польский президент Бронислав Коморовский заявил в связи с решением украинского правительства о приостановке подписания соглашения: «Проблемой является политика натиска и шантажа, который по отношению к Украине применил её восточный сосед. На то не может быть согласия западного мира. Не так решаются вопросы стратегического уровня». Назвав политику России «имперской», он заключил, что «ЕС не складывает оружия». А через день в Варшаве под патронажем Коморовского начала работу совместная российско-польская конференция «Будущее христианства в Европе: роль Церквей и народов Польши и России», организованная Католическим информационным агентством (KAI), собравшая иерархов, политиков, историков и журналистов. На ней присутствовала российская церковная делегация, возглавляемая митрополитом Иларионом, прибывшая для продолжения межхристианского диалога, начало которому было положено подписанием 1 августа 2012 г. «Совместного послания народам России и Польши» с призывом к примирению двух народов. Однако тема сближения двух народов тут отошла на второй план, уступив место другой.

Отвечая на вопросы журналистов на пресс-конференции, митрополит Иларион повторил уже неоднократно проводимую им мысль о возможной встрече понтифика и Патриарха, заявив, что она должна быть хорошо подготовлена с содержательной стороны. И в качестве центральной темы для этой встречи выделил ситуацию, в которой оказались христиане Ближнего Востока и ряда других регионов, а в качестве второй темы — защиту традиционных христианских ценностей. 30 ноября перед началом заключительного заседания митрополиту Илариону была вручена награда «За заслуги в области толерантности — 2013», присуждаемой фондом «Толерантность» тому, кто содействует сотрудничеству представителей разных вероисповеданий и разных народностей на основе принципа равноправия. А вечером того же дня члены делегации Русской Православной Церкви присутствовали на вечерне в католическом кафедральном соборе Иоанна Крестителя в Варшаве.

На следующий день митрополит Иларион встретился в Кракове с архиепископом Краковским, кардиналом Станиславом Дзивишем для обсуждения состояния православно-католических отношений, в частности, сотрудничества в образовательной сфере и студенческого обмена между православными и католическими учебными заведениями (С.Дзивиш был секретарём папы Иоанна Павла II, возглавлял «польскую группу», контролировавшую понтифика и имел близкие отношения с членами Трёхсторонней комиссии, включая З.Бжезинского). Дзивиш пригласил патриарха Кирилла посетить Всемирные дни молодёжи, которые состоятся в Кракове в 2016 г. По его словам, официальное приглашение уже подготовлено. Подробности этого решения сообщила нам уже польская «Gazeta Wyborcza»: «На Всемирный день молодёжи приедет папа Франциск. Сейчас предпринимаются все усилия, чтобы там присутствовал также глава Русской православной церкви патриарх Кирилл. Конференция стала этапом подготовки к этому беспрецедентному мероприятию: ведь ещё ни один папа Римский за всю историю не встречался с православным патриархом. Визит Кирилла в Краков мог бы стать прелюдией к визиту Франциска в Россию. Если бы это произошло, папа сделал бы то, что не удалось Иоанну Павлу II». Митрополит Иларион по этому поводу вновь заявил: «Я думаю, что такая встреча состоится, если обе стороны будут готовы. Надеюсь, что эта готовность наступит в ближайшее время».

«Диалог» на фоне «евромайдана»

ПСИХОПАТОЛОГИЯ УКРАИНСКОГО НАЦИОНАЛИЗМА

1 декабря на Украине после спровоцированного разгона «евромайдана» оппозиция начала массовые акции протеста, направленные на государственный переворот. В ходе них греко-католики показали, как они наводят «мосты братства» и «единения между западной и восточной культурами». Хотя архиепископ Станислав (Шевчук) и заявлял, что единственной позицией УГКЦ является позиция диалога, она полностью поддержала демонстрантов, ударной силой которых были радикальные националисты из партии «Свобода», «Патриот Украины», ОУН, КУН, ОУН-УНСО и необандеровских структур. Храмы греко-католиков, католиков и УПЦ Украинского Патриархата стали обслуживать оппозиционеров, превратившись в центы мобилизации. На «евромайдан» прибыли греко-католические семинаристы Львовской, Ивано-Франковской и Дрогобыческой духовных семинарий, в полном составе присутствовала Киевская духовная семинария. 11 декабря Священный Синод УГКЦ обратился к участникам протеста с заявлением «о поддержке и солидарности со всеми, кто на майдане». При этом из уст некоторых униатских священников стали звучать уже радикальные призывы. Так, священник Коломыйско-Черновицкой епархии УГКЦ (Ивано-Франковской области) Михаил Арсенич в своей проповеди 6 декабря, выложенной в сети, заявил: «В сегодняшний день мы реально способны на революцию. Терпели бы вояки из УПА сегодня Табачников и Януковичей?! Только атентатом можно вести борьбу! С врагом не может быть другого языка, как шум леса — шум удавок, на которых повиснут коммунисты! Шум, который к каждому нашему сердцу взывает — возьми в руки оружие и отбрось страх! Не время бояться! Мы хотим убедиться, что завтра ни китайский негр, ни еврей, ни москаль не придёт отбирать мой дом! Только от каждого из нас будет зависеть, насколько наша рука не дрогнет перед врагом, насколько наш глаз будет держать в прицеле сегодняшнюю власть. Так пусть нашу руку утвердит приклад! Слава Украине!». С осуждением этой позиции в итоге выступили и глава УГКЦ Святослав (Шевчук), и главный раввин Киева и Украины Яков Дов Блайх.

Открыто поддержали «евромайдан» и польские «братья». Глава Фонда духовной культуры Пограничья, униатский священник из Люблина Стефан Батрук в беседе с корреспондентом уже упомянутого нами KAI заявил, что поляки должны подключиться к ситуации на Украине: «Необходим постоянный мониторинг польскими СМИ. Непосредственный контакт с городами на Украине, где проводятся акции протеста, особенно между городами-побратимами. Их представители должны ездить на Украину… и напрямую поддерживать жителей духовно и материально. Нужна юридическая помощь. Особенно молодые католики должны проявлять свою солидарность с молодыми украинцами».

На стороне «евромайдана» выступила и Конфедерация католических епископов Литвы, в пресс-релизе которой сказано о «поддержке демократических устремлений протестующих граждан Украины» которые хотят жить в государстве, «в котором руководствуются европейскими христианскими принципами». Вмешаться в «борьбу за власть на Украине» призвал и председатель Конференции католических епископов Германии Роберт Цоллич, обратившись с этим к федеральному правительству и лично канцлеру А.Меркель. В интервью немецкому информационному агентству DPA он подчеркнул, что Берлин несёт ответственность (?!) за реализацию мирного диалога между противостоящими силами в Киеве и что канцлер Меркель является ключевой фигурой между Евросоюзом и Россией.

В итоге о своёй откровенно прозападной политической позиции заявили и УГКЦ, и УПЦ КП, и отдельные представители автокефального крыла УПЦ МП. Выступая в эфире радиостанции «Эхо Москвы» архиепископ Святослав (Шевчук) уверенно заключил: «Украина переживает период социальной трансформации. Это не безумие, а манифестация гражданского общества», которое станет будущим и Украины, и других стран бывшего СССР. «Мы называем это европейским вектором развития». О том же он заявил на состоявшемся 13 декабря Общенациональном круглом столе «Объединим Украину», подчеркнув, обращаясь к Януковичу, что «если есть желание прийти к взаимопониманию и выйти из кризиса, который сегодня обострился, нужно услышать евроинтеграционные стремления украинцев». Таковы же требования и руководства УПЦ КП, которое видит выход из кризиса только в подписании Соглашения об Ассоциации с ЕС.

Как видим, эта позиция исключает какой-либо компромисс. И речь здесь идёт не просто о политическом выборе, а о выборе цивилизационном. 5 декабря митрополит Одесский Агафангел (Саввин) сказал в своей проповеди: «Непростые времена, смута. На майдан киевский собираются силы ада для того, чтобы сменить наш строй, принести зло, ненависть, разделение среди нашего народа». Сейчас решается судьба малороссийского народа, судьба Украины — будет ли она частью «европейской цивилизации» или останется частью «Русского мира». Решается судьба Православия на Украине, поскольку ценности Евросоюза не совместимы с Православием.

И если «западный лагерь» свой выбор обозначил чётко и однозначно, то попытки православной общественности заявить о своей приверженности «Русскому миру» было квалифицировано руководством Украинской Православной Церкви МП как «политическое православие», осуждённое в 2007 г. Как заявил глава Синодального информационно-просветительского отдела УКЦ МП протоиерей Георгий Коваленко, «Церковь не делит своих верных по политическому или геополитическому принципу. И призывает не использовать религиозную риторику и символику в политической борьбе».

Однако со стороны «евроинтегристов» речь идёт о бескомпромиссной позиции — Украина должна быть встроена в западную цивилизацию, в которой Ватикан играет одну из ключевых ролей. Поэтому призывы к диалогу и совместному поиску приемлемого пути, с которыми выступил Всеукраинский Совет Церквей и религиозных организаций в своём обращении, подписанном митрополитом Киевским и всея Украины Владимиром, так и остаются лишь призывами. Уверенность в своих силах продемонстрировал евроинтеграционный лагерь и на Народном вече «День достоинства», проведённом на Майдане 15 декабря, на котором присутствовали представители шести христианских конфессий (УПЦ МП, УПЦ КП, УАПЦ, УГКЦ, РКЦ в Украине и Союз христиан веры евангельской). «Вече» началось с экуменического молебна и благословения, после чего каждый из выступавших заявлял о солидарности с митингующими. Только протоиерей Георгий Коваленко, представлявший УПЦ МП, уклонился от принятия одной из сторон («наши верные есть и на этом Майдане, и за его пределами»), призвав к выполнению Божьих заповедей.

Что же касается самого Ватикана, то он продемонстрировал свою беспристрастность и сдержанность в оценке событий, что является характерны для тактики иезуитов, действующих чужими руками. Между тем, именно его позиция обусловила такое уверенное поведение прокатолических сил на Украине, нейтрализовав активность православных. Ведь его новый курс в экуменической политике обоюдоострый. С одной стороны, он отвергает резкие и радикальные шаги самого понтифика, с другой стороны, он исключает любую критику его со стороны «партнёров», могущих быть обвинёнными в отказе от совместной борьбы за традиционные христианские ценности или за спасение христиан Ближнего Востока. В этих условиях, зная, что за их спиной мощная сила «экуменического консенсуса», униаты и не нуждаются в открытой поддержке Ватикана.

Иезуитский орден, овладевший Св.Престолом, прикрываясь принципом «всехристианской любви», ведёт своё тихое, но решительное наступление на Русь. Это наступление не атакующее, но всепроникающее, и осуществляется оно на всех уровнях — церковном и государственном, идейном и политическом, образовательном и культурном, финансовом и экономическом. Вспомним слова М. Жуста: «для нас важно, чтобы принятие совместных документов или возможная будущая встреча Папы и Патриарха не вызывали серьёзных протестов». Именно над этим и работают иезуиты. Как выразился миланский архиепископ Анджело Скола во время своего недавнего визита в Москву, «можно говорить о рождении «народного экуменизма» между Римско-католической и Русской православной церквями».

О встрече с папой римским уже более подробно, чем обычно, говорил митрополит Иларион 10 декабря в интервью газете «Коммерсант»: «Мы ведь о встрече Патриарха с Папой уже много лет говорим. Но мы говорим о том, что эта встреча должна быть хорошо подготовлена. И мы готовим её…» «Для нас встреча Папы и Патриарха — не самоцель. Для нас это один из этапов развития двухсторонних отношений. Мы такую встречу готовы будем организовать, когда почувствуем, что созрели предпосылки для неё. То есть, устранены основные препятствия в отношениях Церквей». Главной проблемой митрополит Иларион назвал ситуацию на Западной Украине, взаимоотношения между православными и греко-католиками. «Конфликт не изжит, на Западной Украине немало мест, где православные по-прежнему лишены храмов, о чём мы напоминаем регулярно нашим партнёрам в Римско-Католической Церкви. Правда, в последнее время у нас появились добрые вести с Западной Украины. Появилась надежда на то, что Львовская епархия Украинской Церкви Московского Патриархата получит участок и здание для создания духовного центра… Если это событие произойдёт, оно, несомненно, скажется на скорости подготовки встречи». О последних событиях на Украине и о роли в них греко-католиков митрополит Иларион не упомянул.

15 декабря в рамках реализации папской программы экуменизма в Россию прибыл главный специалист по межхристианским отношениям кардинал Курт Кох. Программа его пребывания в нашей стране оказалась очень обширной. В Санкт-Петербурге он посетил католическую семинарию, православную духовную академию, где рассказал о современном состоянии православно-католических отношений. В Москве состоялась его встреча с митрополитом Иларионом в сфере культурного сотрудничества и студенческого обмена. Затем его принял заместитель Министра иностранных дел А.Ю.Мешков для дальнейшего развития взаимодействия между обсуждения Россией и Ватиканом. Наконец, состоялась его встреча с Патриархом Кириллом.

Главный итог визита Коха сотрудник секретариата Отдела внешних церковных связей Алексей Дикарев выразил так: «Эти визиты внесут свой опосредованный вклад в копилку будущей встречи патриарха с папой». Сам же Кох подчеркнул: «Подготовка к встрече важнее, чем сама встреча. Это событие исторического измерения, и нуждается в подготовке, это очень важно».

То, что происходит сегодня на Украине, это и есть «подготовка»: перестраивается цивилизационный код народа. Такова «мягкая сила» по-иезуитски, или иезуитизм в действии.

The post БОЛЬШАЯ ЛОЖЬ ПАПЫ РИМСКОГО first appeared on Глобальная Политика.