На территории сирийских провинций Дераа и Кунейтра действует несколько группировок боевиков. В самом углу сирийской территории, на стыке границ Израиля и Иордании действует группировка «Бригады мучеников Ярмука», несколько лет назад перешедшая под знамёна ИГИЛ (организация, запрещённая в России). Находясь фактически в полном окружении, эта группировка, а также другие группировки бандитов воюют друг с другом и с сирийской армией уже много лет. Данный факт позволяет сделать предположение, что они получают поддержку с территорий сопредельных государств – Израиля и Иордании.

ТУМАННОЕ БУДУЩЕЕ ПРОЕКТА “ИЗРАИЛЬ”

По сообщениям СМИ известно, что в Израиле лечатся антисирийские бандиты и убийцы. Вместо экстрадиции, помещения их в лагеря для перемещённых лиц и передачи их сирийскому правительству для справедливого суда, как это положено в соответствии с международными конвенциями, Израиль лечит этих бандитов и возвращает в строй. На эти цели уже потрачено несколько десятков миллионов шекелей.

На территории оккупированных Израиле сирийских Голанских высот развёрнут полевой госпиталь для оказания экстренной помощи, тяжелораненых бандитов далее отправляют лечиться в израильские больницы. Израильский спецназ (это задокументировано) заходит на территорию Сирии и доставляет оттуда раненых бандитов.

Задокументированы факты нахождения у сирийских бандитов израильского продовольствия и систем связи. В некоторых бандах замечены израильские офицеры – инструкторы и офицеры связи. Известны многочисленные случаи огневой поддержки израильской артиллерии боевых действий сирийских бандитов против сирийской армии.

ИЗРАИЛЬ: CЦЕНАРИЙ ЭСХАТОЛОГИЧЕСКОЙ ВОЙНЫ УЖЕ НАПИСАН

Израиль и Иордания вложили огромные деньги и ресурсы в боевиков всех видов и расцветок, воюющих на юго-западе Сирии. Израиль — медицину, связь, офицеров-инструкторов, снабжение. Иордания — то же самое, плюс оружие и боеприпасы. В случае наступления сирийской армии в этом регионе Сирии и освобождения сирийской территории от бандитов все усилия Израиля и Иордании по поддержке сирийских бандитов окажутся напрасными.

Так просто эти страны списывать убытки не будут. Иордания делала всё это на саудовские деньги, Израиль — на свои. Возможно, что как только начнутся боевые действия на юго-западе Сирии, государство Израиль возобновит свои агрессивные действия — и артиллерийские обстрелы, и авиационные. И этот фактор нужно учитывать России и Сирии при планировании операций по освобождению юго-запада Сирии. Также, если на юго-западе Сирии будут задействованы те или иные иранские подразделения или подразделения ливанской «Хизбаллы», это также может вызвать необоснованную агрессию со стороны Израиля.

Государство Израиль и Сирийская арабская республика юридически находятся в состоянии войны

Руководители государство Израиль неоднократно совершали ракетные обстрелы и другие акты агрессии против Сирийской арабской республики под предлогом противодействия действиям Ирана в Сирии.

ИГИЛ СОЗДАН СИОНИСТАМИ США И ИЗРАИЛЯ

Сирийская арабская республика вправе приглашать и размещать на своей территории военные подразделения любых государств, и никакие, грубо говоря, хотелки руководителей государства Израиль не должны при этом как-либо учитываться. Иными словами, и ливанская «Хизбалла», и «Фатимиюн» вправе принимать участие в боевых действиях на юго-западе Сирии и впоследствии размещаться там на постоянной основе. Иран с согласия Сирии может размещать любые свои подразделения, в том числе ПВО и ракетные системы, в любой точке Сирии, в том числе в непосредственной близости к границам государства Израиль.

Кто-то должен указать руководителям государства Израиль на то, что Сирия и Иран вправе самостоятельно решать, где могут, а где не могут находиться на территории суверенной Сирии иранские подразделения. Более того, размещение на территории Сирии иранских ракетных систем в непосредственной близости к границам Израиля, — это ближайшая дорога к прекращению оккупации государством Израиль сирийских и палестинских территорий, к созданию независимого палестинского государства и к установлению всеобщего мира на Ближнем Востоке.

Оригинал публикации: http://www.iarex.ru/articles/58370.html

The post ПОЧЕМУ ИЗРАИЛЬ ПОДДЕРЖИВАЕТ ИГИЛ first appeared on Глобальная Политика.

После вторжения США в Ирак активная фаза наступательных операций продолжалась всего 3 недели. Режим Саддама Хусейна пал практически без боя к середине апреля 2003. Это был в чистом виде блицкриг и очень даже успешная военная операция США со своими верными вассалами. Баланс сил был, конечно, не в пользу регулярных войск Хусейна, но армия Ирака на тот момент была сильнейшей на Ближнем Востоке по количеству бронетехники и военизированного состава. Против американской коалиции было выставлено до 23 дивизий со стороны Ирака (под 300 тыс человек). За активный период боевых действия американская коалиция потеряла около 150 чел (против 9 тыс у иракских сил). Потери со стороны США за 3 недели были меньше, чем потери украинской армии в среднем за один день в момент ожесточенных сражений под Дебальцево в январе-феврале 2015. Отделались легким испугом. Операцию по свержению Хусейна можно признать ближневосточным сафари, т.к. прошло все играючи и без потерь.

СВЯЗЬ США С ТЕРРОРИСТИЧЕСКИМИ ГРУППИРОВКАМИ И ИНТЕРЕСЫ ВАТИКАНА

Но проблемы начались потом

США столкнулись с предсказуемым, но абсолютно не контролируемым явлением на тот момент – партизанским сопротивлением. Осознавали ли США угрозу? Да, безусловно. Удалось ли контролировать очаги повстанческих движений? Нет! Это процесс был стихийным и связан с вполне закономерным процессом отторжения саддамовского блока от власти и денежных потоков. На это накладывалось общее ожесточение в обществе и среди иракских элит относительно оккупационных сил США. Против США ополчились все силы, которые были в Ираке – сунниты, шииты и иракские курды. Даже те, кто ранее враждовал или был в не самых дружеских отношениях объединялись против общей угрозы. Подавив режим Хусейна, американцы не закончили войну, они ее только начали.

Специфика конфликта в 2003-2006 годах заключалась в следующем

Хусейн был суннитом и состоял в партии Баас, при этом суннитов в Ираке лишь 1/3 от общего количества мусульман, т.е. сунниты были в меньшинстве. США же продвигали шиитское большинство во власть. На выборах декабря 2005 суннитам досталось лишь 20% мест в парламенте Ирака, остальные разделили курды и шииты, тогда как во времена Хусейна сунниты имели подавляющее большинство во власти. Саддамовский блок потеряли не только власть, но и деньги. Не стоит забывать, что Ирак нефтеэкспортирующая страна, а населения на тот период было не больше 26 млн, т.е. нефтяной экспорт даже превосходил российский на душу населения. Политическая элита при Хусейне жила очень хорошо, но и военные были при деньгах. Страна имела гипертрофированный силовой блок, который щедро одаривался нефтяными плюшками. После вторжения США ничего этого не стало, они потеряли все. Отстранение офицерского корпуса, силового блока, иракской элиты от власти и нефтегазовых потоков вызвало предсказуемое ожесточение. На это накладывалась общая нетерпимость по отношению к США со стороны населения (особенно суннитов). Среда и условия достаточные, чтобы партизанские настроения приобретали повстанческое выражение. В Ираке начали формироваться неимоверное количество повстанческих групп, целями которых было нанесение максимального ущерба коалиционным силами США и их вытеснение из Ирака. Царившая анархия в социуме и тотальный беспредел в политических структурах Ирака привели к тому, что бывшие баасисты Хусейна и множество других групп вышли из-под контроля, вооружившись по полной программе с бесхозных военных складов (период апрель-июнь 2003, когда США еще не успели установить контроль над Ираком и путями снабжения).

Остановить партизанские движения было невозможно

В той конфигурации конфликта они были неизбежны. Не имея возможности остановить или подавить повстанцев, необходимо их обуздать или ввести в жесткие рамки, иметь возможность контролировать. США, имея параноидальную склонность к контролю всего, всегда и везде, сильно опасались вьетнамского сценария, т.к. изначально события действительно вышли из-под контроля. США имели веские основания полагать, что Иран попытается обуздать курдов и шиитов с попытками проведения гибридной войны. Иран, имея сухопутную границу с Ираком имел все шансы сыграть на протестных настроениях курдов и шиитов, организуя подобие вьетнамского Вьетконга, поставляя через границу оружие, технику, специалистов, проводя тренировку и лечение повстанцев. За Россию американцы особо не беспокоились. Тогда российские руководство и российские элиты блеяли о вечной любви к США, растекались и расстилались перед западными ценностями и вели себя, как добропорядочные партнеры. Это вам не СССР.

Вот случись подобное не в 2003, а в 1985 году, например, США могли бы получить новый Вьетнам. А так нет, конечно. Китай тоже был не у дел, занимаясь экономикой и инвестициями с предельно подавленным внешнеполитическим блоком правительства. Единственным фактором неопределенности был Иран. Случись подобное и США бы пришлось гарантированно объявлять войну Ирану, что не входило в их планы. Попытки политической возни действительно были, Иран пытался манипулировать своими курдскими и шиитскими представителями в Ираке, но до военно-технического сотрудничества дело не дошло. США успели перекрыть коммуникационные каналы. Шиитское и курдское крыло сопротивления США относительно быстро подавили и уже к 2005 году активность по эту сторону баррикад заметно спала.

Разведка и Вашингтон работали прежде всего через прямые гарантии предоставления шиитам и курдам места во власти и в виде щедрого распределения нефтяных доходов. Задача перед военным командованием США ставилась в том, чтобы задавить маргинальные группы, а крупные очаги должны быть взяты под контроль через местную иракскую элиту. Логика такая — мы вам власть и деньги, а вы давить сами партизанское сопротивление. Это сработало.

С суннитами было сложнее

ПРЕСТУПЛЕНИЯ ГЛУБИННОГО ГОСУДАРСТВА. ОТ 11 СЕНТЯБРЯ ДО ДОНАЛЬДА ТРАМПА

По ряду причин США категорически отказывались сотрудничать с саддамовским блоком, но под контроль их брать нужно было. Вот и здесь понадобились бывшие связи с Аль-Каидой. Вот почему я начал рассказ именно с Аль-Каиды. Абу Мусаб аз-Заркави играл важнейшую функцию в обуздании протестной энергии людей Хусейна. Аз-Заркави – это правая рука Усамы бин Ладена. Первый их контакт произошел в 1988 году, когда аз Заркави приехал в Афган воевать на стороне моджахедов, но активные боевые действия тогда заканчивались и его услуги не потребовались. Он террорист во плоти и всю свою жизнь проводил в подрывной деятельности. Начал проводить мятежи и террористическую деятельность в Иордании, был арестован в 1992. Вышел на свободу в конце 90-х и сразу вышел на свои старые дружеские контакты с Усамой бин Ладеном. Люди бин Ладен пригрели аз-Заркави и помогли ему организовать полевую структуру в Афгане по подготовки джихадистов, которую он потом назвал The Organization of Monotheism and Jihad или JTJ. Отношения между Заркави и бин Ладеном можно охарактеризовать, как близкие соратники, единомышленники.

Когда американцам потребовалась помощь в обуздании протестной энергии бывших баасистов Хусейна, то Усама рекомендовал аз Заркави, как своего надежного человека. Структуры Аль-Каиды на базе JTJ помогли организовать The Organization of Jihad’s Base in Mesopotamia или более известную, как Аль-Каиду в Ираке (AQI). Год зарождения 2004. География работы, как вы догадываетесь исключительно Ирак. Саиф Аль Адель (специалист по подготовке военных операций в Аль Каиде) на первом этапе помогал перекоммутировать силовой блок баасистов на Аль-Каиду в Ираке (AQI). Основная трудность заключалась в том, что многие иракские лидеры из баасистов и силового блока Хусейна не то, что отказывались, но выражали явное недовольство работы под крылом Аль Каиды, им нужна была национальная структура, ориентирована целиком и полностью на ареал обитания. Проект Аль-Каиды в Ираке подошел к логичному завершению и США больше не нуждались в услугах аз Заркави, уничтожив его в 2006.

Так и появилась структура ИГ в Ираке — Islamic State of Iraq (ISI) на базе и с людьми из AQI

ИГИЛ СОЗДАН СИОНИСТАМИ США И ИЗРАИЛЯ

ISI создавалась, чтобы объединить суннитов экстремистов в единое ядро, централизованную структуру. Не только офицерский корпус Саддама, а все экстремистские суннитские элементы, долгое время действовавшие самостоятельно и автономно. Абу Айюб аль-Масри стал новым лидером ISI– египетский деятель, приверженец джихада, всю молодость провел в египетском исламском джихаде, состоял в организации Братья-мусульмане. Также является человеком Аль-Каиды. Первый контакт с бин Ладеном состоялся в 1999 в момент тренировки в полевом лагере в Афгане. Был завербован людьми бин Ладена в 2000 году. С 2002 присоседился к Аль-Каиде и занимался тем, что коммутировал разрозненные повстанческие группы на Ближнем Востоке в структуры Аль-Каиды, занимался вербовкой и налаживанием контактов с полевыми командирами. C 2006 по апрель 2010 аль-Масри был формальным лидером и управляющим ИГ в Ираке (ISI). Ребрендинг AQI есть вполне обдуманное стратегическое решение, связанное с пониманием, что нахождение под крылом и брендом Аль Каиды несет массу фундаментальных недостатков, связанных с организационной спецификой и ограниченной легитимизацией на подконтрольных территориях со стороны населения и местных элит. Аль Каида в своей основе подпольная структура, не нацеленная на элементы государственности и обеспечения лояльности местного населения. Тогда как для ISI местное население выступало питательной средой и тылом.

ТЕРРОРИЗМ НОВОГО ТИПА

Методы и средства, которыми оперируют AQI и ISI схожи – это террор, насилие, подавление, грабежи и контрабанда. Фундаментальное отличие в том, что ISI – централизованная публичная организация с элементами государственности, которая имеет вертикальное интегрированную структуру и проводит агрессивную пропаганду и экспансию с самоподдерживающим финансированием, а AQI – теневая подпольная организация с элементами партизанской-диверсионной деятельности, которая имеет матричную, распределенную структуру и не нацелена на публичную пропаганду своей деятельности (вербовка происходит по скрытым каналам). Поэтому ребрендинг был необходим. Более того, ISI формировалась, как конкурирующая и даже враждебная структура по отношению к Аль-Каиде. Важное отличие между ISI и AQI, которое стоит отметить отдельно. Это источники и каналы финансирования. ISI нацелена и создавалась под условиями самоокупаемости. Это значит, что формирование источников финансирования должно происходить на долгосрочной основе. Если для Аль Каиды основным источников финансирования является спонсорская помощь заинтересованных лиц и организаций, то ISI должна была создавать базис на бездефицитное финансирование на захваченных территориях. Это не только грабежи, похищения и требования выкупа, контрабанда, торговля людьми и органами, но и доходы с местного бизнеса и населения в виде налогов и отчислений, что у Аль Каиды никогда не было и просто не могло быть в силу специфики и формата деятельности.

ИГИЛ — УСПЕШНЫЙ ПРОЕКТ МОССАДА

Т.е. ISI, а в дальнейшем ИГИЛ (ISIL или ISIS) – это ответвление от Аль Каиды, где идеология и структура претерпела кардинальные изменения.

Это не просто сетевая террористическая организация, как Аль-Каида – нет, это претензии на государственность со всеми вытекающими отсюда последствиями, а обретение государственности невозможно без обретения поддержки со стороны населения и местных элит. Однако, это было лишь прототипом ИГИЛ. Ни о какой государственности в реальности речи не шло в 2006-2010, по характеру работы ISI практически ничем не отличалась от AQI, полноценного контроля над территориями и населением не было, финансирование также, как и раньше преимущественно шло через гранты.

Подчеркиваю, ISI создавалась изначально, чтобы замкнуть на себя оставшиеся разрозненные радикальные суннитские группировки.

НА ПУТИ К «ВЕЛИКОМУ ИЗРАИЛЮ»: ГЛАВАРЬ ИГИЛ ЯВЛЯЕТСЯ ШТАТНЫМ АГЕНТОМ МОССАДА ШИМОНОМ ЭЛЛИОТОМ

То, что описал выше – это прототип, который существовал только на «бумаге», впрочем, как и условный идеологический лидер Абу Бакр аль-Багдади на тот момент. Считается, что Абу Бакр аль-Багдади начал руководить ISI в 2006, однако до руководства было еще далеко. В определенном смысле в 2006 аль-Багдади был фантомом, выполняющий роль духовного лидера, т.к. организации был необходим этнический иракец. Аль-Багдади – это псевдоним, настоящее имя Ибрагим Али Аввад Мухаммад аль-Бадри. В отличие от прошлых лидеров ИГ, аль-Багдади не воевал в Афгане (он был слишком молод тогда), не имел тесных контактов со структурами Аль-Каиды и бин Ладеном. Так как же он стал лидером? Когда США вторглись в Ирак, то аль-Багдади успел создать небольшую повстанческую группировку Jamaat Jaysh Ahl al-Sunnah wa-l-Jamaah (или JJASJ). Похожих группировок в Ираке было очень много, но эта имела небольшое отличие с претензиями на «духовенство», если можно так сказать. В этой структуре он не был полевым командиром, а выполнял функцию главы шариатского комитета, некого духовного лидера и организатора. Развиться до внушительных размеров организация не успела, т.к. в начале 2004 года аль-Багдади был арестовал силами американской коалиции и помещен в военную тюрьму Букка (Camp Bucca). В этой тюрьме США содержали иракских военнопленных и до 80% верхушки руководящего состава Хусейна, офицерского корпуса и всего силового блога (разумеется из тех, кого удалось поймать). Вообще в Ираке было две ключевые тюрьмы. Это Абу-Грейб – крупнейшая иракская тюрьма, взятая под полный контроль американской коалицией в 2003. Ну и собственно военная тюрьма Букка, где содержались наиболее опасные деятели. Предположительно в период с апрель по май 2004 ЦРУ взяли в разработку аль-Багдади на роль духовного лидера, идеолога ИГ и руководителя. Аль-Багдали был прагматичный лидер с высокой стрессоустойчивостью, имеющий чрезвычайно высокую эффективность в разработке стратегий и достижении целей. Как и бин Ладен он не является талантливым полководцем, военным, но имеет способности к организации, руководству, быстрому налаживанию контактов и формирования доверия к своей персоне. Собственно, именно этим он и занимался в период, когда находился в тюрьме Букка. На тот момент в Букку попали многие ключевые люди из блока Саддама. Задачей аль Багдади было создать круг близких соратников среди баасистов для формирования оплота сопротивления. Именно тогда стали формироваться очертания нынешней ИГ.

В декабре 2004 аль-Багдади был выпущен из тюрьмы Букка вместе с ключевыми баасистами, которые в будущем создали действующую структуру ИГИЛ.

ТРАНСНАЦИОНАЛЬНЫЕ ТЕРРОРИСТИЧЕСКИЕ СЕТИ КАК ИНСТРУМЕНТ МЕЖДУНАРОДНОЙ ПОЛИТИКИ

Да-да, США впустили их всех. Для США было принципиально важно, чтобы все наиболее дееспособные баасисты были под контролем американцев. Аль-Багдали играл роль связующего звена между ЦРУ, саддамовским крылом и радикальными суннитами. США выпустили в декабре 2004 будущих лидеров ИГ, чтобы те обуздали протестную энергию радикальных суннитов в границах, выгодных США. С 2005 по 2010 года аль-Багдади стал фантомом, т.е. как говорят фсбэшники вышел из оперативного пространства. Существуют определенные сведения, которые позволяют судить о роли аль Багдали, как информатора и организатора подпольных ячеек в этот период. В апреле 2010 американская коалиция ликвидировала лидера ISI аль-Масри, после чего аль-Багдали вышел из подполья, став формальным лидером ISI. Одна из причин ликвидации аль-Масри была в том, что концепт ISI уже себя исчерпал на тот момент. Грубо говоря, аль Масри, как ранее аз-Заркави выполнили свою задачу. Аль-Масри переподчинил все разрозненные радикальные суннитские группировки на ISI и США больше не нуждались в его услугах. Миссия выполнена. Война в Ираке по сути закончилась. Американцы уже с 2009 начали постепенно выводить контингент, основные боевые действия закончились в 2007-2008. Нужен был новый концепт. Вот здесь и потребовался аль-Багдади. США в 2009-2010 начали зондировать обстановку на предмет организации цветных революций. Да-да, всем известная арабская весна с января 2011. Задача аль-Багдади на тот момент была в том, чтобы создать ударную группу, которая может действовать на всем континенте.

ИЗРАИЛЬ ВЫСТУПИЛ НА ПОМОЩЬ КУРДСКИМ БОЕВИКАМ

США не могли знать, как будут развиваться события, но им нужны были тесные связи и люди из Аль-Каиды и ИГИЛ, чтобы выполнять функцию частной военной компании, которые бы занимались не террористическими актами, а непосредственным столкновением с регулярными войсками. ИГИЛ фактически формировали первый экспедиционный корпус радикалов на территории Сирии в 2011 годах. США начали интервенцию в Сирии через заброску небольших мобильных групп боевиков, активизации спящих террористических ячеек внутри Сирии. Нюанс состоял в том, что Асад не имел возможности контролировать границу с Ираком. Не было ресурсов. Асад мог задавить первый эшелон террористов, заброшенных в Сирию (тогда их было около 5 тыс), но с границей были явные проблемы.

Чтобы не подавить оплот сопротивления, США выдвинули «мирный» план урегулирования конфликта от Кофи Аннана, который, кстати, поддержала Россия. Как и с Донбассом мирный план был уловкой, и весь смысл этого плана был в том, чтобы выбить инициативу из рук Асада (точно также, как и с Путиным на Украине), чтобы Аль-Каида и ИГ могли бы сформировать устойчивый оплот сопротивления в Сирии (точно также, как и Порошенко с ВСУ против Донбасса).

ПРОБЛЕМЫ И ОСНОВЫ ПОЛИТИКИ «ИСЛАМСКОГО ГОСУДАРСТВА»

История повторяется, как говорится. Это сработало. Мирный план связал руки Асаду (впрочем, как и Кремлю на Украине), фактически запрещая действовать силовым способом. Временной буфер был достаточен, чтобы люди аль-Багдади развернулись в Сирии по полной программе. #Онижедети стали мощным террористическим звеном. Кстати, фронт ан-Нусра (Джебхат ан-Нусра) является новообразованием, созданным в 2012 году людьми аль-Багдади с поддержкой Аль-Каиды. Не смотря на то, что сейчас они делают вид, что заклятые враги, именно аль-Багдади и Аль-Каида организовали ан-Нусру в виде первого эшелона боевиков. Как все в мире взаимосвязано, не так ли? Что касается Свободной сирийской армии (ССА) и Исламского фронта. Нет никакой фундаментальной разницы между ними и Аль-Каидой. Там пробы ставить негде. Это одно целое. Люди и кураторы ССА и Исламского фронта были из Аль-Каиды и ИГ!

Более того, там внушительная диффузия боевиков и оружия между подразделениями. Из одного подразделения перемещаются в другое и так далее. Что касается нынешней конфигурации ИГ. Перед тем, как стать ИГ (в конце июня 2014) они стали ИГИЛ (в апреле 2013), потом чисто условно (номинально) отделились от Аль-Каиды (февраль 2014). Но перед тем, как стать ИГ и начать крупномасштабную экспансию в Сирии и Ираке произошло весьма важное событие. Аль-Багдади со своими людьми штурмовал тюрьму Абу-Грейб в июле 2013, где освободил свыше 500 людей Саддама.

Это важнейшая операция, которая переломила ход войны.  Есть основания полагать, что помощь в организации штурма оказывали США, прекрасно зная все коммуникации и структуру тюрьмы (они ее контролировали с 2003). Штурм был необходим, чтобы с одной стороны на свою сторону переменить полевых командиров Саддама, а с другой стороны взметнуть в небеса уровень лояльности и доверия к аль-Багдади. Именно с того периода началась экспансия ИГИЛ по всем фронтам.

Источник: http://spydell.livejournal.com/594651.html

The post ИСЛАМСКОЕ ГОСУДАРСТВО: КАК СОЗДАЕТСЯ ТЕРРОРИЗМ first appeared on Глобальная Политика.

1) В отрядах ИГ всё чаще вынуждены расстреливать группы собственных боевиков, напуганных ужасами проводимой ИГ политики и стремящихся дезертировать.

2) Среди значимых фигур в руководстве ИГ есть потери. Прежде всего, следует говорить о смене лидера группировки. Сообщения о смерти самопровозглашенного халифа «Исламского государства» Абу Бакра аль-Багдади появлялись уже не раз.

НА ПУТИ К «ВЕЛИКОМУ ИЗРАИЛЮ»: ГЛАВАРЬ ИГИЛ ЯВЛЯЕТСЯ ШТАТНЫМ АГЕНТОМ МОССАДА ШИМОНОМ ЭЛЛИОТОМ

Однако во второй половине апреля 2015 года командиры ИГ подтвердили, что аль-Багдади действительно умер от ран в сирийском городе Ракка. По другой версии — аль-Багдади не погиб, но парализован и не сможет оставаться главой ИГ. В любом случае, лидеры ИГ присягнули новому халифу.

Им стал педагог, изучавший богословие, Адуррахман Мустафа аль Шейхлар, которого также называют Абу Аля аль-Афри.

Отметим, что такую быструю смену первого лица (меньше, чем через год после провозглашения «нового халифата») действительно можно рассматривать как проблему для ИГ.

Перед всеми присягнувшими ИГ исламистскими группировками эта смена ставит вопрос об устойчивости структуры, которой они присягнули. А значит, ИГ необходимо постоянно подтверждать свою жизнеспособность, доказывая ее демонстрацией силы.

3) Афганские СМИ сообщают, что ИГ и движение «Талибан» объявили друг другу джихад, священную войну. А ведь «Талибан» — весьма значимая часть суннитской радикальной среды. Авторитет движения в этой среде высок, и большинство радикальных группировок афгано-пакистанской зоны предпочтут ориентироваться на талибов, а не на ИГ.

4) Немецкое издание Suddeutsche Zeitung, ссылаясь на доклад разведки ФРГ, утверждает, что «террористическая группировка ИГ лишилась почти всех своих месторождений нефти на территории Ирака». Такой вывод немецкая разведка делает на основании фотографий со спутника, показывающих пожары в двух районах нефтедобычи возле Тикрита.

Напомним, что в марте-апреле 2015 года между ИГ и федеральными войсками Ирака шли упорные бои за Тикрит и расположенные рядом с городом нефтеносные районы. В результате к началу мая ИГ потеряло город и эти районы нефтедобычи. Немецкая разведка утверждает, что под контролем ИГ остается лишь месторождение Кайяра недалеко от Мосула. И что добыча нефти, доступная ИГ в настоящий момент, составляет лишь 5 % от добычи, доступной ИГ в прошлом году.

5) Группировке так и не удалось занять стратегически важный сирийский город Кобани близ турецкой границы. Спору нет, всё это серьезно осложняет деятельность ИГ. Однако ИГ слишком масштабно, агрессивно и многомерно для того, чтобы сдаться при первых же осложнениях. Вопрос в том, как оно отреагирует на возникающие проблемы и какую политику будет проводить для того, чтобы дать правильные ответы на перечисленные выше вызовы/осложнения. Прежде всего, ИГ ни в коем случае не отказывается от своих завоевательских планов.

ИГИЛ ПЫТАЕТСЯ СОЗДАТЬ КОРИДОР ЧЕРЕЗ ТУРКМЕНИСТАН

В середине марта 2015 года прозвучало заявление пресс-секретаря «Исламского государства», Мохаммеда аль-Аднани, перечислившего города и страны, которые ИГ включает в зону своего внимания: «О, крестоносцы, если вы рассчитываете захватить Салахуддин, надеетесь взять Мосул, мечтаете о Синджаре, Тикрите, об аль-Хавидже, или де Майядане, Джараблусе, аль-Карме, Тель-Абьяде, Хавле, Тикрите или Дерне, если вы хотите захватить джунгли Нигерии, то мы хотим захватить Париж — с дозволения Аллаха — перед тем, как мы возьмем Рим и завоюем Испанию, после того как мы превратим ваши жизни в беспросветный кошмар и разрушим Белый дом, Биг Бен и Эйфелеву башню, с дозволения Аллаха, как мы уже разрушили дворец Царя Хосрова. Мы хотим владеть Кабулом, Карачи, Кавказом, Кумом, Эр-Риядом и Тегераном. Мы хотим владеть Багдадом, Дамаском, Иерусалимом, Каиром, Саной, Дохой, Абу-Даби и Амманом. Мусульмане снова станут хозяевами в каждом из этих мест». В какой мере процитированное здесь перечисление стран и городов является лишь угрозой, а в какой оно отражает реальные планы экспансии ИГ?

ИГИЛ — УСПЕШНЫЙ ПРОЕКТ МОССАДА

Прежде всего, обратим внимание на упомянутые аль-Аднани «джунгли Нигерии». Их включение в список не случайно. 7 марта 2015 года нигерийская вооруженная радикальная группировка «Боко харам» присягнула на верность «Исламскому государству». Через несколько дней пресс-секретарь ИГ аль-Аднани объявил о принятии присяги «Боко харам». Также он сообщил о том, какие решения приняты ИГ в связи с присягой нигерийской группировки: «Мы объявляем… о расширении халифата на Западную Африку, так как халиф принял (присягу) верности наших братьев, суннитской группировки, о проповедовании и джихаде». С этого момента «Боко харам» продолжает свою деятельность в качестве вассала ИГ. А Западная Африка, таким образом, объявлена зоной джихада ИГ. Действует же «Боко харам», как и ИГ, масштабно и жестоко. 25 марта 2015 года СМИ сообщили о том, что боевики «Боко харам» захватили в плен свыше 400 женщин и детей. Всего же, по данным ООН, за 2014–2015 гг. жертвами этой группировки стали более 8300 мирных жителей. Кроме того, в Нигерии боевиками «Боко харам» были целенаправленно разрушены или повреждены более 300 школ.

ИСЛАМСКОЕ ГОСУДАРСТВО: КАК СОЗДАЕТСЯ ТЕРРОРИЗМ?

Однако вернемся к изучению списка городов, которые ИГ считает своими сегодняшними или будущими завоеваниями. Первым в нем назван Мосул, второй по величие иракский город, который действительно является самым ценным завоеванием и зоной особого внимания ИГ. Будучи одним из нефтеносных районов мирового значения, Мосул остается основной экономической картой ИГ. И потому «Исламское государство» прилагает сосредоточенные усилия для того, чтобы удержать его под своим контролем. А также проводит в городе политику жесточайшего социально-политического и религиозного давления. В начале марта в Мосуле боевиками ИГ публично расстрелян председатель уголовного суда… В середине марта представители ИГ казнили в Мосуле 38 своих солдат за уход с поля боя… В начале апреля в городе обезглавлены 4 человека… И таких сообщений — множество. Но существует и еще один крайне значимый элемент политики ИГ в Мосуле и вокруг него.

Речь идет о проводимых ИГ акциях по культурно-религиозному очищению, которое правильнее назвать зачисткой.

Размах этого направления деятельности ИГ по масштабности не уступает списку будущих завоеваний «Исламского государства». В вышеуказанном списке аль-Аднани упомянуто только уничтожение южнее Багдада дворца Царя Хосрова, остатки которого действительно серьезно повреждены. На самом деле разрушений гораздо больше. 7 марта сего года в провинции Найнава боевики ИГ при помощи бульдозеров уничтожили руины древнего города Хатра, располагавшегося в 80 км к югу от Мосула. Сам город был основан в III–II веках до н. э. Селевкидами. Но это не всё. В центре города располагался огромный дворцово-храмовый комплекс площадью около 30 000 кв. метров. В черте этого комплекса находились древние храмы греческих, арамейских, арабских, а также ассирийских и шумерских божеств.

Таким образом, утрачен значимый для всего человечества узел пересечения древних цивилизаций Ближнего Востока.

8 марта боевики ИГ начали снос древнего ассирийского города Дур-Шаррукина, который в VIII в. до н. э. был столицей Ассирии. Дур-Шаррукин располагался в 15 км к северо-востоку от Мосула. 9 марта в Мосуле взорван христианский храм Георгия Победоносца. В начале апреля в Мосуле взорваны остатки крепости Баш Тапиа, построенной в XII–XIII вв. н. э. на берегу Тигра. В этом последовательном уничтожении памяти об истоках человеческой цивилизации есть пусть чудовищная, но логика. Та же логика, которая в 2001 году побудила афганских талибов разрушить статуи бамианских Будд. Речь идет об обязательной для мусульман борьбе с язычеством и войне с неверными (то есть сторонниками иных религий), что составляет важную часть исламской доктрины. Какие именно практические выводы делаются мусульманами из указанной части доктрины — это вопрос религиозной трактовки, даваемой той или иной школой исламского богословия.

Трактовка, избранная ИГ, лишает чуждые исламу культуры и религии права на существование. При слове «культура» новые халифатисты хватаются не только за пистолет — за бульдозер.

Однако ИГ не останавливается и на этом. Принадлежа к числу радикальных суннитских группировок, ИГ декларирует необходимость искоренения отклонений от чистоты раннего ислама. И надо признать, что деятельности ИГ в этом направлении трудно найти аналоги в исламском мире. И лидеры ИГ, и сегодняшние исламские радикальные проповедники вплотную подходят к ревизии деятельности ранних мусульман, к ревизии оценок значения памятников своей — исламской — религии.

Иллюстрацией такого подхода является заявление, которое сделал в марте кувейтский проповедник Ибрагим аль-Кендари. Он сказал: «То, что ранние мусульмане из числа сторонников пророка Мухаммеда, ступив на землю египетскую, не разрушили памятники фараонов, не означает, что мы не должны это сделать сейчас. Эти артефакты долгое время оставались погребенными под слоем песка и были обнаружены вновь лишь два столетия назад». Конечно, такое заявление еще можно объяснить стремлением продолжить дело ранних мусульман, боровшихся с язычеством. Но и в этом случае речь идет о довольно специфическом продолжении.

А вот «очистительная» деятельность, проводимая боевиками ИГ в Мосуле, прямо касается истории самой мусульманской религии. Что же происходит? Весной 2015 года по приказу руководства ИГ в Мосуле было начато уничтожение на стенах и сводах всех городских мечетей (в том числе старинных) каких-либо украшений, фресок и надписей — как не соответствующих шариату. При этом упомянутые надписи представляют собой выдержки из Корана. Со стен удалялись даже те суры Корана, где упомянуто имя Аллаха. Одна из мосульских мечетей, старше 170 лет, была взорвана. А имама другой мечети, «Аль-Муфти», отказавшегося выполнять приказ, расстреляли на центральной площади города.

Как видно из вышеописанного, в районе Мосула ИГ настойчиво проводит политику истребления культурно-исторических, религиозных и социально-политических связей города с внешним миром. Очевидно, что ИГ ставит перед собой задачу превратить Мосул в экспериментальную зону организации жизни и создать образец для «нового халифата». Масштабные опыты со сходными целями проводит в Нигерии «Боко харам», стремясь стереть у сотен своих пленников память о прошлом. После освобождения правительственными войсками такие пленники не помнят своих имен. Кадровое ядро «Исламского государства» воспитывалось и формировалось в лагере Кэмп-Букка под круглосуточным американским надзором.

ЛАГЕРЬ КЭМП — БУККА

В последние полгода в солидных изданиях и информагентствах разных стран разворачивается всё более жаркая дискуссия о том, чьим порождением является ИГ. И на кого следует возлагать ответственность за возникновение и деятельность этой группировки. Начавшееся в конце прошлого года в западных СМИ обсуждение этой темы вряд ли может быть остановлено. А потому неизбежна конкуренция или даже война обвинений.

При этом главным нервом возникающей дискуссии является назревший вопрос о том, каковы реальные взаимоотношения между ИГ и США. Дать на него исчерпывающий ответ пока непросто. Однако многое начинает проясняться.

С одной стороны, ИГ проводит кампанию угроз в адрес США и американских граждан. С другой стороны, американцев уже открыто упрекают в покровительстве ИГ.

СВЯЗЬ США С ТЕРРОРИСТИЧЕСКИМИ ГРУППИРОВКАМИ И ИНТЕРЕСЫ ВАТИКАНА

В середине апреля 2015 года Иранское агентство Фарс приводило заявление начальника генштаба иранских вооруженных сил генерал-майора Хасана Фирузабади, который сообщил: «Мы получили донесения, что американские самолеты совершают посадки и взлетают с контролируемых ИГ аэропортов. Соединенным Штатам не следовало бы поставлять оружие, деньги и продукты группировке «Исламское государство», а затем извиняться за то, что они, якобы, сделали это по ошибке».

В ряде западных СМИ в это же время прорабатывается совершенно иная версия ответственности за создание ИГ.

18 апреля 2015 года в немецком издании «Шпигель» появилась статья Кристофа Ройтера «Стратег террора». Корреспондент «Шпигеля» изучил некие секретные документы «Исламского государства», попавшие в распоряжение издания. В результате этого изучения Ройтер пришел к выводу о том, что разработчиком плана захвата Сирии «Исламским государством» был бывший офицер разведки иракской армии полковник Самир Абд Мухаммед аль-Хлифави, он же Хаджи Бакр, убитый в 2014 году.

Именно Хаджи Бакр, сообщает Ройтер, в 2012 году вместе с группой верных ему людей отправился в Сирию, чтобы начать завоевание «Исламским государством» сначала сирийских, а затем и иракских территорий. Именно в Сирии, пишет «Шпигель», Хаджи Бакр создал «не манифест веры, а технически точный план «Исламского государства».

Возникшую на страницах «Шпигеля» мысль описать ИГ как наследника режима Саддама Хусейна развивает британское издание The Times. Журналист The Times Бен Макинтайр добавляет к этой политической родословной ИГ новые звенья. Если верить Макинтайру, то вся история исламизма, опекаемого Западом, не имеет к ИГ никакого отношения.

Макинтайр утверждает: «Крестный отец «Исламского государства» — это Сталин. Советский лидер умер за 60 лет до того, как в Сирии и соседнем Ираке начал оформляться этот бесчеловечный фундаменталистский халифат. Но архитекторы ИГ стали ковать новый халифат в точности теми же методами, которые использовал Сталин, создавая свое построенное на страхе государство разведчиков».

Отметим удивительную беспардонность выдвигаемого здесь обвинения. Публичные массовые средневековые казни — это не про Советский Союз. Такие сюжеты гораздо ближе по содержанию к событиям в странах «арабской весны», столь радушно поддержанной США. Если уж проводить сравнение, то «метод ИГ» больше напоминает жесточайшее уничтожение режима Каддафи в Ливии совместно исламистами и западной авиацией, от ударов которой погибли малолетние дети из семьи Каддафи.

Но мы, конечно, не прочитаем ничего подобного на страницах The Times. Там написано совершенно другое:

«…Методы Бакра были совсем не новы. Он был продуктом террористического государства, созданного Саддамом, чья система внутреннего надзора, в свою очередь, была многим обязана советской модели репрессий и манипулирования. Баасистский режим Саддама был сталинистской диктатурой, разве что назывался иначе, и все общественные элементы в нем контролировались с помощью страха, неопределенности и всевидящих спецслужб».

Для чего нужно столь откровенное перекладывание исторической ответственности за возникшего при покровительстве Запада политического монстра на СССР? Для того, чтобы остановить начавшееся оформление другой версии происхождения «Исламского государства». Что это за версия?

26 мая 2015 года германский журнал «Фокус» (который, кстати, с самого начала своего существования является оппонентом журнала «Шпигель») разместил на своем сайте статью Джулиана Рорера под названием «Политика нестабильности».

В статье сообщалось о том, что в западные СМИ попал некий семистраничный документ РУМО, датированный августом 2012 года. И что на страницах этого документа военная разведка США уведомляла: нестабильная ситуация в ближневосточном регионе может привести к возникновению исламского государства.

ИГИЛ СОЗДАН СИОНИСТАМИ США И ИЗРАИЛЯ

Авторы документа приходят к следующему выводу: ослабление Асада создает идеальную атмосферу для иракской «Аль-Каиды» и позволит ей вернуться в Ирак и расположиться в Мосуле и Рамади. Сегодня, заключает Рорер, стало реальностью то, что предвещалось три года назад — в июне 2014 года «Исламское государство» захватило Мосул, а не так давно и Рамади.

В документе РУМО, конечно, не имеется каких-либо указаний на то, что в Ираке и Сирии появится именно ИГ в сегодняшнем виде. Однако в нем выражено понимание того, что дело идет к чему-то подобному. Таким образом, журнал «Фокус» поднимает тему ответственности США за то, что создание ИГ произошло, как минимум, в ситуации ясного осознания американскими компетентными ведомствами того, что именно происходит.

Однако это не единственное обвинение, которое возникает в западных СМИ при обсуждении возникновения ИГ как результата американской ближневосточной политики.

Названную тему существенно развивает Аднан Хан, автор статьи «ISIS a US proxy?» («ИГИЛ — создано по доверенности США?»), опубликованной на RevolutionObserver.com:

«Происхождение ИГИЛ в его нынешнем виде никому не известно и покрыто пеленой тумана, и, вероятно, уже поэтому у многих появляются подозрения… Примечательно то, что все высшие руководители сегодняшнего ИГИЛ были собраны в лагере Кэмп-Букка в 2004 году в разгар мятежа против коалиционных войск во время войны в Ираке. Британская газета The Guardian опубликовала эксклюзивное и основательное исследование ИГИЛ 11 декабря 2014 года, в котором взяла интервью у старших командиров ИГИЛ. Один из командиров ИГИЛ Абу Ахмад подтвердил, что Соединенные Штаты, открыв подобную тюрьму, предоставили им уникальную возможность:

«У нас никогда не могло быть такого — ни в Багдаде, ни где-нибудь еще, — чтобы собраться всем вместе вот так, как здесь. Это было бы невероятно опасно. Здесь мы были не только в безопасности, но мы находились только в нескольких сотнях метров от всего руководства Аль-Каиды».

Кэмп-Букка — это то ключевое название, скрыть которое не может никакая кампания по дезинформации. В электронных СМИ появляется всё больше описаний этого феномена американской политики в Ираке.

Лагерь Кэмп-Букка близ ирако-кувейтской границы был организован весной 2003 года. В нем размещались поначалу иракские военнослужащие, взятые в плен во время американской военной операции против режима Саддама Хусейна. Затем состав заключенных был расширен.

Именно в Кэмп-Букка содержался первый лидер ИГ, самопровозглашенный халиф Абу Бакр аль-Багдади, позднее освобожденный с заключением «не представляет опасности». Но только ли он один?

В Кэмп-Букка находились не менее девяти руководителей ИГ. Среди заключенных был и тот самый полковник Хаджи Бакр, происхождением которого настойчиво интересуется «Шпигель». Вообще, 17 из 25 наиболее значимых лидеров ИГ побывали в иракских тюрьмах США в промежутке между 2004 и 2011 годами. С начала 2000-х через сроки заключения в тюрьмах Кэмп-Букка и Кэмп-Кроккер прошли около 25 тысяч иракцев. Причем большинству из них не было предъявлено никаких обвинений.

В 2009 году тюрьма Кэмп-Букка прекратила свое существование. Узники при этом передавались под юрисдикцию иракских властей. И если у иракских судебных органов не имелось своих претензий к заключенным, они подлежали освобождению.

Так что же говорится о лагере Кэмп-Букка в материале The Guardian, опубликованном 11 декабря 2014 года, к которому отсылает Аднан Хан? В этом материале подчеркивается, что будущий лидер ИГ Абу Бакр аль-Багдади имел контакты с руководством лагеря. Что это руководство опиралось на авторитет аль-Багдади среди пленных, позволявший ему заниматься разрешением внутрилагерных конфликтов.

Уже упомянутый выше высокопоставленный представитель ИГИЛ Абу Ахмад говорит о пребывании аль-Багдади в лагере Кэмп-Букка следующее: «К нему очень уважительно относились в армии США. Если он хотел посетить людей в другом секторе лагеря, то он мог сделать это когда захочет, но нам такое не позволялось».

В той же публикации приводится еще одно высказывание Абу Ахмада:«Если бы не было американских тюрем в Ираке, не было бы и ИГ. Лагерь Букка стал фабрикой. Он подготовил нас. Там была выстроена наша идеология».

Процитированная выше оценка роли лагеря Кэмп-Букка в возникновении ИГ не единственная. Мнения подобного рода приводит журнал Ньюсвик в середине декабря 2014 года: «Историк Джереми Сури охарактеризовал Кэмп-Букку как „виртуальный университет для террористов“. Кэмп-Букка был местом, где много джихадистов знакомились друг с другом, и множество бывших баасистов …связывались с исламистскими группировками», — пишет редактор сайта Syriain Crisis Аарон Ланд».

На ресурсе middleeasteye.net в феврале 2015 года процитированы слова Ахмада аль-Рубаи, эксперта по иракским боевикам, о том, что многие заключенные лагеря Кэмп-Букка были «крупнейшими противниками аль-Каиды и ее подельников, сторонниками иракского и арабского национализма, — но когда их освободили, они стали в ряды джихада такфиристских шейхов».

Итак, кадровое ядро «Исламского государства» воспитывалось и формировалось в лагере Кэмп-Букка под круглосуточным американским надзором и в условиях избирательного давления. Скорее всего, вышеприведенные свидетельства и оценки — это лишь начало публичного разговора о том, как именно и под чьей опекой взращивалось «Исламское государство». Ведь трудно предположить, что в век информационных технологий тысячи свидетелей произошедшего будут молчать. Однако американских мироустроителей такая перспектива вряд ли устраивает. А значит, война за доминирующую версию происхождения ИГ будет продолжена.

Оригинал публикации: https://gazeta.eot.su/article/problemy-i-osnovy-politiki-islamskogo-gosudarstva

и https://gazeta.eot.su/article/problemy-i-osnovy-politiki-islamskogo-gosudarstva-2

The post ПРОБЛЕМЫ И ОСНОВЫ ПОЛИТИКИ «ИСЛАМСКОГО ГОСУДАРСТВА» first appeared on Глобальная Политика.

Только украинскую авиацию в считанные недели согнали с неба шахтеры, парикмахеры, таксисты и охранники супермаркетов, а российской не могут нанести хоть какой-то ущерб отлично подготовленные, вооруженные и имеющие опыт длительных боевых действий террористы ИГ. Более того, ее почтительно сторонятся боевые самолеты Израиля, Турции, да и всей американской «антитеррористической» коалиции в целом.

Это свидетельство как высокого уровня подготовки российских пилотов и возможностей модернизированных летательных аппаратов, создававшихся еще в 70-е годы прошлого века, так и того факта, что российские ВКС, в отличие от украинских ВВС, действительно являются слаженным и эффективным инструментом, имеющим, помимо собственно ударного воздушного компонента, интегрированные в систему средства ПВО, радио-электронной борьбы (РЭБ), глобального позиционирования (ГЛОНАСС) и космической разведки.

Киев применял авиацию на уровне Первой мировой войны — отдельные самолеты взлетели, нашли отдельную цель и отбомбились (или их сбили). Россия же продемонстрировала полноценный авиационный ударный комплекс, в котором самолет и пилотирующий его летчик являются важным и наиболее заметным, но лишь одним из многих звеньев, обеспечивающих эффективное уничтожение противника и собственную безопасность. Но все же, группировка российских ВКС в Сирии слишком невелика, противник не обладает полноценной современной системой ПВО, авиация стран Запада прямого противодействия ВКС России не оказывает, а украинскую армию, по боевым возможностям корректнее сравнивать с племенным ополчением Республики Чад, чем с Вооруженными силами России. Поэтому говорить о полном превосходстве над вероятным противником в авиационном компоненте пока не приходится — нет достаточного материала для сравнения.

Удар с Каспийского моря

Зато в том, что касается военно-морского компонента, 7-го октября одна Каспийская военная флотилия, одним залпом 26-ти ракет «Калибр» по базам ИГИЛ в Сирии надолго (а в нынешнем его виде навсегда) убрала с морских просторов флот США как реальный фактор, способный обеспечивать так называемую проекцию силы (раньше это называли «дипломатией канонерок»).

В чем прелесть ситуации?

Во-первых, Россия поставляла ракеты, аналогичные использованным 7-го октября, на экспорт. Их дальность составляла 300 км. США обоснованно предполагали, что дальность аналогичных ракет, состоящих на вооружении России может быть выше (от 400 до 600 км). Залп Каспийской флотилии накрыл цели на дальности 1500 км, и это, судя по всему, не предел. Появились сообщения, что реальная дальность стрельбы может превышать 4000 км.

Во-вторых, раньше не только Каспийская флотилия, но и Черноморский и Балтийский флоты РФ рассматривались вероятным противником как силы, способные только оборонять соответствующие районы побережья, ловить контрабандистов и браконьеров, а также проводить десантные операции в своих замкнутых акваториях. ЧФ, кроме того, обеспечивал тыл Средиземноморской эскадры.

Но в качестве реальной угрозы США рассматривали только предварительно развернутые в открытом океане эскадры и ударные корабли, а также те силы Тихоокеанского и Северного флотов, которые хотя бы теоретически могли вырваться на просторы Атлантики и Тихого океана, в случае начала серьезного конфликта.

В-третьих, в результате у США получалось, что их авианосные ударные группы (АУГ) являются практически неуязвимыми. По расчетам американских стратегов, для уничтожения одной АУГ российский флот должен был обеспечить залп не менее чем ста ракет, для чего в одном месте необходимо было сосредоточить практически все ударные корабли (ракетные крейсера, ракетные эсминцы и многоцелевые атомные подлодки) Северного или Тихоокеанского флотов. В Вашингтоне считали, что каждый из двух российских флотов, не запертых наглухо в закрытых акваториях, в худшем случае сможет нанести какой-то (возможно даже значительный) ущерб одной АУГ, после чего его ударные силы практически прекратят свое существование, а господству оставшихся сил США на просторах мирового океана ничто угрожать не будет.

В-четвертых, выяснилось, что на деле дальность стрельбы даже небольших кораблей — не 400 и не 600, а намного более полутора тысяч километров.

ЧЕРНОМОРСКО-КАСПИЙСКИЙ РЕГИОН В ФОКУСЕ ГЕОПОЛИТИЧЕСКИХ ИНТЕРЕСОВ МИРОВЫХ ДЕРЖАВ

То есть и Каспийская флотилия, и Черноморский флот способны, не покидая свои акватории, уничтожить любого противника в Восточном Средиземноморье и в Персидском заливе, а Балтийский флот способен держать на прицеле Северное море, Ла-Манш и часть Норвежского моря. С учетом возможности Северного флота контролировать Северную Атлантику из-за пределов досягаемости противника и аналогичной возможности Тихоокеанского флота утопить все, что плавает в Тихом океане севернее Гавайев, флот США оказался неспособным проецировать угрозу на берега Евразии.

Поскольку ракетный залп может быть дан совершенно незаметными кораблями ближней морской зоны с удаления в тысячи километров, американские моряки увидят ракеты только в момент попадания в их корабль или на подлете. Принять эффективные меры самообороны они просто не успеют.

Таким образом, резко сокращается количество ракет в залпе, необходимых для уничтожения АУГ. Исчезает необходимость подводить к ней крупные надводные корабли флота РФ на расстояние эффективного ответного удара. Следить же за каждым сторожевиком, ловящим браконьеров в Охотском или Каспийском морях (но способном внезапно утопить американский авианосец, мирно пасущийся за три моря от этой неприметной лодочки) США просто не в состоянии.

И вот результат. До 7-го октября Вашингтон был уверен, что Россия не способна эффективно противостоять силовым действиям США без применения ядерного оружия. На этом, собственно, и базировалась американская наглость в международной политике.

ЯДЕРНЫЙ СЮРПРИЗ ПУТИНА

Американцы не скрывали, что используют силу, когда хотят, просто потому, что адекватно ответить им обычным оружием никто не в состоянии, а начинать ядерную войну Россия не будет ни из-за Ирака, ни из-за Сирии, ни даже из-за Украины. Они, как нахальный подросток, привыкший, что все в компании слабее его, спокойно нарывались на конфликт по принципу: «Дай сдачи, если сможешь», в полной уверенности, что никто не сможет. И вдруг выяснилось, что могут. Россия может.

Американцы оказались в крайне сложной ситуации. Вся политика последних лет строилась на том, что в критический момент Вашингтон способен относительно безнаказанно использовать силу. Теперь выяснилось, что нет.

Более того, спроецировав продемонстрированные флотом возможности на авиацию, генералы Пентагона уже рассчитали, что российские ВКС способны расстреливать цели на территории США, не покидая воздушное пространство России. Америка впервые в истории почувствовала себя беззащитной перед обычным (неядерным) оружием.

Но самое опасное для США не то, что Россия обладает возможностью прикрыть свою территорию и территории своих союзников в Евразии от американского флота, который теперь становится бессмысленным бременем для налогоплательщиков (он, по сути, ликвидирован как военно-политический аргумент). И даже не то, что Москва может при желании пострелять по территории США обычным оружием с безопасного удаления (совсем как США по Ираку).
Главное, что это поняли союзники США. А большинство из них давно уже хранит верность мировому гегемону только из страха перед его военными возможностями, от которых (по их представлениям) никто не может защитить. 7-го октября Россия продемонстрировала, что она может. И это в корне изменило всю военно-политическую ситуацию в мире.
Конечно, американские союзы и коалиции начнут рассыпаться не сразу, но США теперь будет значительно труднее просто командовать своими союзниками, не учитывая их интересов. Партнерам есть теперь к кому уйти. Вашингтону придется убеждать и торговаться. Американцы давно разучились это делать. Ресурсы на ублажение союзников не предусмотрены. Да и аргументы у США слабые. Если верить Обаме, США лучшие потому, что лучшие, и им все должны потому, что должны.

Этот аргумент был веским до 7-го октября 2015 года. Теперь это личное мнение одного человека.

Оригинал публикации: http://ria.ru/analytics/20151008/1298905105.html

The post КАК РОССИЯ ОДНИМ ЗАЛПОМ УБРАЛА С МОРСКИХ ПРОСТОРОВ ФЛОТ США first appeared on Глобальная Политика.

Мы только и слышим из всех новостных источников, что «ИГИЛ воюет в Сирии», что «ИГИЛ казнит взятых в плен журналистов», что «ИГИЛ добивается уничтожения или свержения Президента Сирии Башара Асада», но нам никто даже словом не проговорился в тех же СМИ, что война мусульман с президентом Сирии, который в 2012 году вписал в Конституцию страны слова «о конфронтации с сионизмом», НЕВОЗМОЖНА!

Это нонсенс!

Нонсенс потому, что мусульмане не могут воевать с лидером, который не побоялся открыто, прямо в Конституции своей страны обозначить сионистов врагами Сирии и мира!

СВЯЗЬ США С ТЕРРОРИСТИЧЕСКИМИ ГРУППИРОВКАМИ И ИНТЕРЕСЫ ВАТИКАНА

ПРОБЛЕМЫ И ОСНОВЫ ПОЛИТИКИ «ИСЛАМСКОГО ГОСУДАРСТВА»

Всякий, кто воюет с лидером страны и с народом, который 26 февраля 2012 года на референдуме признал сионистов врагами всего миролюбивого человечества, автоматически оказывается по одну сторону с этими самыми сионистами. То есть между ними можно ставить знак равенства, в какую бы одежду эти люди ни рядились и какой бы идеологией они ни прикрывались!

В том же 2012 году, 13 октября, в России, в городе Уфа, на IX съезде Центрального духовного управления мусульман об этом рассказал тогдашний посол Ирана в городе Москва гражданин Ирана Реза Саджади.

Он обратился к мусульманам Российской Федерации со следующими словами:

«Настоящий Ислам – это религия покоя, мира и человечности. Коран в суре Аль-Анбийа так говорит о пророке Ислама: «Мы послали тебя только для того, чтобы ты был источником милости для всего человечества». Коран не говорит «для мусульман», он говорит «для всего человечества».

Те, кто под именем Ислама творят жестокость, те являются не друзьями, а врагами Ислама, врагами Пророка.

Коль скоро Пророк является источником милосердия, то и его приверженцы также должны быть источниками милосердия…

Сегодня сионизм является символом жестокости и врагом человечества и Ислама.

Не думайте, что сионизм предстаёт только в одежде иудаизма. Он также является и в одежде Христианства и Ислама.

Хосни Мубарак из Египта внешне был мусульманином, однако препятствовал отправке продовольствия и лекарств в Газу. На самом деле, он был сионистом.

Джордж Буш и Митт Ромни внешне являются христианами, однако, в действительности, они сионисты.

По большому счёту, отставание исламского мира является результатом наличия лидеров, которые только притворяются мусульманами, а на самом деле, являются сионистами. 

Самая главная цель сионизма – породить разногласия: разногласия среди мусульман, разногласия между христианами и мусульманами и разногласия между нациями.

ИГИЛ — УСПЕШНЫЙ ПРОЕКТ МОССАДА

Сегодня каждый, кто ступает на путь разногласий, становится солдатом сионизма…

Наш Пророк сказал: «Ислам крепится на двух основах: вере в Бога и единстве (отказе от противоречий)». Поэтому все религии и нации должны стараться оставить в стороне противоречия, изгнать из своих рядов сторонников жестокости и, подобно Пророку Христу и Пророку Мохаммаду (да пребудет с ними благословение Господа!), стать источниками милосердия».

Иначе говоря, ИГИЛ — это никакое не Исламское Государство, не Исламская Страна, а очередной чудовищный античеловеческий проект Мирового Иудомасонского Правительства, контролируемый, спонсируемый и управляемый сионистами через Соединённые Штаты Америки.

О том, что США, управляемые сионистами, сделают ставку на псевдоисламский радикализм, было известно в том же 2012 году. Причём, россиян предупреждали об этом евреи! Честные евреи! Такие тоже есть, не все же среди них сионисты и сионо-фашисты.

В доказательство я хочу привести мнение еврейского писателя Амирама Григорова, с трудами которого я познакомился тоже аккурат три года назад:

ГЕОПОЛИТИКА ЭНЕРГОСИСТЕМ

«…Есть мнение, причём американское же, что если Америка в ближайшие 20 лет не сломает Китай, то Америка станет страной номер два, а Китай займёт её место. Сломать Китай силой оружия Америка может, но вот Россию — нет. Потому что Россия имеет не только ядерное оружие, но и продвинутые средства доставки. И не даст уничтожить Китай. Причём, Китай, Индия и Россия сближаются, видя картину гитлеровского разгула Америки, оставшейся без соперника на 20 лет.

Сломать Китай, Россию и Индию можно с помощью двух дубинок — первая дубинка, это исламский радикализм, потому что во всех трёх странах есть многочисленные мусульмане. В Америке их мало, поэтому Америка стремится показаться другом мусульман, наезжает на Израиль, строит мечеть на месте взорванных Близнецов, и т.д. Она хочет дубинкой магометовой веры разнести своих конкурентов, а вернее, тех, кто стоит на её пути к мировому господству.

В России есть прослойка, которой Россия славна — деэтнизированная паразитическая каста смердяковых, наполовину состоящая из евреев, проеб*вших своё еврейство, наполовину из русских, проеб*вших свою русскость. Эта каста традиционно — пятая колонна врагов России. Это Хармс, который в блокадном Ленинграде требует открыть немцам город, и говорит, что если ему дадут оружие, он будет стрелять по своим. Это Мережковский, на коленях просящий Муссолини о вторжении в СССР. Это косоглазая Горбаневская, это хромоногий Цветков, это жирный Быков, это бесчисленная сволочь, обсевшая литературу и другие гуманитарные поприща, как тараканы — конфорки на пьяных кухнях. И ныне эта группа — американская дубина, которой Россию нужно поставить обратно — на колени.

Оригинал публикации: http://cont.ws/post/123904

The post ИГИЛ СОЗДАН СИОНИСТАМИ США И ИЗРАИЛЯ first appeared on Глобальная Политика.

Эксперты при этом сомневаются, что Туркмения, армия которой считается одной из слабейших в регионе, сможет собственными силами отразить гипотетическую внешнюю агрессию.

Аркадаг, к бою! С кем готовится воевать Туркмения

О гибели группы военных, находившихся неподалеку от границы, рассказали правозащитники. Известно, что погибшие служили в районе Тагтабазара – поселка, расположенного на территории Марыйского велаята (области), который граничит с Афганистаном.

Российские военные источники, ссылаясь на коллег из Туркмении, сообщили, что группа туркменских военнослужащих попала под минометный обстрел со стороны Афганистана, затем, судя по характеру ранений, под огонь из автоматического оружия. Предположительно нападение совершила разведывательно-диверсионная группа, перешедшая границу. Источники считают, что в данном случае за этим стоят не талибы, а сторонники «Исламского государства».

Афганистан после вывода коалиционных сил остается зоной военных действий. В стране продолжаются теракты (в числе сравнительно недавних – взрывы у здания парламента и в аэропорту Кабула) и столкновения талибов с правительственными силами. При этом гибнут сотни мирных жителей. Только за первые четыре месяца 2015 года, по данным ООН, потери среди гражданского населения составили более 950 человек, еще около 1,9 тысячи были ранены.

Обстановка на границе с Туркменией обострилась еще в прошлом году, когда на приграничных территориях Афганистана усилилось влияние талибов. Их отряды, в частности, вышли к пограничной реке Мургаб в провинции Бадгис. В декабре они захватили приграничный район Хамьяб в провинции Джаузджан. Другая пограничная провинция, Фарьяб, как признал весной 2015 года один из афганских депутатов, почти полностью перешла под контроль «Талибана».

БОЛЬШАЯ ИГРА В АФГАНИСТАНЕ (ОБНОВЛЕНИЕ ДВАДЦАТЬ ПЕРВОГО ВЕКА)

Заняв позиции, боевики устраивали вылазки на сопредельную территорию и нападали на туркменских пограничников. Одно из нападений произошло в феврале 2014 года, в результате трое пограничников были убиты, еще двое ранены. Еще одно – в мае. Боевики тогда перешли границу, убили трех пограничников и забрали их оружие.

Осенью прошлого года источник в администрации провинции Фарьяб рассказывал журналистам, что талибы действуют на всех участках границы и постоянно обстреливают туркменские погранпосты. В прессе распространялась информация, что только во второй половине 2014 года в столкновениях погибло около ста человек с обеих сторон.

Для Туркмении обострение обстановки чревато и потоком беженцев с сопредельной территории. Из-за боевых действий в провинции Бадгис несколько месяцев назад сотни местных жителей уже бежали к границе, надеясь найти приют в соседней стране. Однако пограничники, как рассказал один из старейшин, отказались их пропустить, боясь навлечь на себя гнев талибов.

СВЯЗЬ США С ТЕРРОРИСТИЧЕСКИМИ ГРУППИРОВКАМИ И ИНТЕРЕСЫ ВАТИКАНА

Осложняет ситуацию и пограничный конфликт между Туркменией и Афганистаном. Афганцы претендуют на острова в русле Амударьи, которые, по их мнению, были незаконно заняты туркменскими военными. «С прошлого года река поглотила тысячи метров земли с нашей стороны и образовала эти острова, которые являются нашими владениями. И теперь на этих землях Туркменистан проводит межу и тянет колючую проволоку, и мы не будем мириться с этим», – заявил журналистам глава уезда Каркин.

Талибы и ИГИЛ

ТУРКМЕНИСТАН В ПРИЗМЕ ГЕОПОЛИТИЧЕСКОЙ ИГРЫ В ЦЕНТРАЛЬНО-АЗИАТСКОМ РЕГИОНЕ

Масштаб потенциальной угрозы для Средней Азии со стороны Афганистана оценивали по-разному. В конце прошлого года спецпредставитель президента РФ по Афганистану Замир Кабулов заявлял, что у афганских границ – с Таджикистаном и Туркменией – созданы два плацдарма, где сосредоточены в общей сложности 6–7 тысяч боевиков. При этом он прогнозировал, что распространение зоны нестабильности с афганской территории практически неизбежно.

Весной 2015 года другие источники утверждали, что в приграничных с Туркменией афганских провинциях Фарьяб и Бадгис сконцентрированы около 450 боевиков «Талибана», готовых к прорыву на территорию соседней страны. Общая численность талибов на севере Афганистана, по оценкам на начало июня, составляла от 5 до 10 тысяч человек.

«Долгое время на туркмено-афганской границе все было весьма спокойно, – отмечал офицер пограничной службы Туркмении. – Офицеры из Ашхабада убеждали всех, что талибы будут пытаться проникнуть в Среднюю Азию через Таджикистан и Узбекистан». Нынешнее обострение обстановки, по его мнению, можно считать свидетельством того, что боевики пытаются создать коридор для проникновения в Среднюю Азию именно через Туркмению.

ГАЗОВАЯ БИТВА ЗА АЗИЮ: «КАСПИЙСКИЙ ГАМБИТ»

Активизацию боевиков связывают и с борьбой туркменских властей против контрабанды наркотиков из Афганистана. Следуя этой версии, наркотрафик является источником дохода для приграничных группировок в Афганистане, противодействие этому со стороны Ашхабада, соответственно, затрагивает их финансовые интересы.

Впрочем, как полагает директор казахстанского Института мировой экономики и политики Султан Акимбеков, угрозы серьезного вторжения со стороны именно талибов в настоящее время нет. По крайней мере, пока они заняты противостоянием с правительственными силами Афганистана. Но потенциальные угрозы связаны не только с ними. В Афганистане наряду с талибами действуют и сторонники «Исламского государства»: их численность в северных провинциях, по оценкам на начало июня, составляла до двух тысяч человек (российские военные источники утверждают, что в общей сложности боевиков «Исламского государства» в Афганистане скопилось около пяти тысяч человек).

Одной из гипотетических целей боевиков называют Марыйский велаят, граничащий с Афганистаном. Это один из ведущих регионов Туркмении по промышленному производству, сельскому хозяйству и производству электроэнергии. На его территории находятся железнодорожная линия и аэропорт. В Марыйском велаяте расположено крупнейшее газовое месторождение страны, по его территории проходят магистральные газопроводы Туркменистан – Китай и Средняя Азия – Центр.

МАРШРУТЫ ТРАНСПОРТИРОВКИ ГАЗА ИЗ ТУРКМЕНИСТАНА

Еще одной потенциальной целью боевиков считается Каракумский канал, построенный в советские времена для обеспечения водой юга Туркмении. Для республики он имеет ключевое значение: в ее водных ресурсах поступающая по каналу вода из Амударьи составляет около 94%. При этом водозаборы, как отмечает глава Института Ближнего Востока Евгений Сатановский, находятся всего в нескольких километрах от контролируемого талибами приграничного уезда Хамьяб. «Проблемы в зоне канала означают начало деградации Мургабского оазиса через неделю, а Ашхабадского – через две, – рассуждает он. – И эта возможность боевиками, контролирующими афганское левобережье Амударьи, несомненно, учитывается».

ПРОБЛЕМЫ И ОСНОВЫ ПОЛИТИКИ «ИСЛАМСКОГО ГОСУДАРСТВА»

Опасность заключается и в возможной поддержке боевиков со стороны радикальных сил в самой Туркмении. Степень угрозы со стороны последних, учитывая общую закрытость республики, оценить сложно. Можно вспомнить, как еще в 2013 году один из пленных командиров «Аль-Каиды», воевавших в Сирии, рассказал, что прибыл туда из Туркмении, а подготовку проходил в некоем лагере под Ашхабадом. Туркменский МИД тогда выступил с опровержением, однако один из отставных офицеров госбезопасности сообщил журналистам, что после откровений боевика туркменские спецслужбы «были поставлены на уши» для борьбы с радикалами.

ИГИЛ СОЗДАН СИОНИСТАМИ США И ИЗРАИЛЯ

По неофициальным данным на начало июня, с начала 2015 года местными правоохранительными органами были задержаны более 150 туркменских граждан, являющихся сторонниками «Талибана» и «Исламского государства». Одна из экстремистских группировок, как сообщалось, планировала нападение на военный объект в Теджене (на юге страны), другая – на колонию на окраине Ашхабада с целью освобождения заключенных и организации беспорядков, третья планировала теракты в учебных заведениях. У ее представителей, как сообщалось, было изъято большое количество взрывчатки, а также около $1,5 млн, «предназначенных для подкупа, приобретения вооружения и так далее».

ИГИЛ — УСПЕШНЫЙ ПРОЕКТ МОССАДА

Армия

Власти Туркмении на этом фоне укрепляют границу и перебрасывают к ней войска. В упомянутый поселок Тагтабазар, в частности, перевели около сорока солдат-срочников. Часть из них готовили для охраны морской границы, но в итоге решили направить на более сложный сухопутный участок.

Многих призывников, как сообщалось, направляют в части, находящиеся в районе Серхетабада (бывшей Кушки) – также неподалеку от границы. Побочным эффектом этого стало увеличение взяток военкоматам. Те, кто хочет избежать отправки в опасную зону, платят до полутора тысяч долларов.

НОВАЯ «БОЛЬШАЯ ИГРА» ВОКРУГ АФГАНИСТАНА

В городе Атамурат (находится на юге страны, на территории Лебапского велаята, граничащего с Афганистаном) недавно, как стало известно, были возведены оборонительные сооружения, в которых дежурили автоматчики. Мужское население города стали забирать на военные сборы (сообщалось, что мужчин забирали по ночам: военные приходили к ним домой, давали несколько минут на сборы, а затем увозили).

В республике был продлен срок призыва. Помимо этого, еще в начале года была объявлена мобилизация резервистов. Численность ВС Туркмении, по сведениям «Хроники Туркменистана», выросла до 80 тысяч человек. Впрочем, как отмечало издание, резервы для пополнения армии иссякают, что связано, в частности, с демографическими процессами (а именно демографической ямой 1990-х годов).

Президент Гурбангулы Бердымухамедов, в свою очередь, в конце прошлого года обращал внимание на необходимость укрепления армии. Министерству обороны было поручено уделить внимание новейшим технологиям и патриотическому воспитанию. В целом армия, как заверил тогда Аркадаг (в переводе – Покровитель, так именуют президента его почитатели), готова в любой момент «поставить заслон посягательству на величайшие завоевания независимости и мирный покой своих граждан».

При этом в рейтинге Global Firepower 2015 года, оценивающем военную мощь государств, Туркмения оказалась в нижней части списка. Она заняла 90-е место из 126, уступив всем соседям по региону (Узбекистан, к примеру, занял 54-е место, Таджикистан – 81-е).

То, что туркменская армия считается одной из наименее сильных в регионе, отмечалось в отчете SIPRI (Стокгольмский институт исследования проблем мира) за 2014 год. Авторы указывали на то, что власти республики готовы закупать современное вооружение, однако с его использованием, по их данным, возникают сложности из-за нехватки квалифицированного персонала. Вооруженные силы страдают также от коррупции и дедовщины.

Но дело не только в этом. На состоянии боевого духа, как считает бывший депутат парламента Туркмении Халмурад Союнов, негативно сказывается и отношение власти к населению в целом. «Все эти 23 года независимости государство только тем и занималось, что запугивало собственное население, попирало права и свободы своих граждан… Если спросят: кто возьмет в руки оружие и добровольно отдаст свою жизнь за это государство? – то я сомневаюсь, что найдется много желающих пойти на такой шаг», – говорит он.

Возможности получения военной помощи при этом ограничены политикой нейтралитета, которой придерживаются власти республики. С туркменской стороны высказываются опасения, что тема внешней угрозы может быть, в частности, использована Россией для усиления военного присутствия в регионе.

Впрочем, определенную помощь, по неофициальным данным, Ашхабад все же принял. Весной местные правозащитники сообщили, что у границы с Афганистаном появились военные инструкторы из России. Позднее они распространили информацию, что в пограничных районах замечены «подразделения контрактников, состоящие в основном из лиц славянской внешности». Они якобы прибыли в Туркмению по инициативе министерств обороны и национальной безопасности.

Оригинал публикации: http://ca-news.org/news:1155909/

The post ИГИЛ ПЫТАЕТСЯ СОЗДАТЬ КОРИДОР ЧЕРЕЗ ТУРКМЕНИСТАН first appeared on Глобальная Политика.

После провозглашения независимости Туркменистан установил двусторонние и многосторонние отношения с рядом стран и со многими международными организациями. Туркменистан не участвовал в военно-политическом сотрудничестве стран СНГ, а также в региональных интеграционных группировках. Отказался он и от партнерства с НАТО. С 1995 г. нейтральный статус Туркменистана признан ООН.

Перед суверенным Туркменистаном встал вопрос – как жить дальше?

Слишком много в недрах Туркмении углеводородов, которые очень нужны их потенциальным импортерам. Западные партнеры посоветовали продавать свой газ в обход «Газпрома» американским нефтегазовым компаниям. Так, Сапармурат Ниязов в 1992 году подписал с ними соглашение о строительстве газопровода из Туркмении к побережью Индийского океана, расположенного на территории Пакистана (до порта Карачи). Рядом с портом западные нефтегазовые компании должны были построить завод по сжижению природного газа.

БОЛЬШАЯ ИГРА В АФГАНИСТАНЕ (ОБНОВЛЕНИЕ ДВАДЦАТЬ ПЕРВОГО ВЕКА)

Но была проблема – газопровод из Туркмении никак не мог обойти территорию Афганистана, где шла гражданская война. Даже тогда, когда в октябре 2001 года США нанесли удар по Афганистану и свергли режим талибов, стабильности на афганской территории как не было ранее, так и не стало. Поэтому строительство газопровода опять откладывалось. Но войска США остались на территории Афганистана и после свержения талибов, более того, через некоторое время к ним начали присоединяться и союзники США по НАТО. При этом все возрастающее их участие объясняется тем обстоятельством, что туркменский газ должен в первую очередь идти в Западную Европу. Из Запада потребовали военного вклада западноевропейцев для обеспечения «диверсификации энергопоставок в ЕС» и ликвидации зависимости Западной Европы от поставок углеводородов из России.

Войска Альянса не смогли добиться победы над афганскими полевыми командирами. А Туркменистан сумел сохранить нейтралитет по отношению к конфликтующим сторонам в Афганистане, отказался участвовать в антитеррористической операции против талибов.

После четырнадцатилетнего ожидания в 2006 году Ниязов сделал свой окончательный выбор в пользу российского «Газпрома» в деле долговременного сотрудничества по разработке богатейших туркменских залежей углеводородов.

Напомним, после распада СССР Туркменистан очень дистанцировался от всех и максимально закрылся, в том числе и от России, так как она оказывала прогрессивное, демократическое влияние. Это могло бы каким-то образом дестабилизировать режим. Но Россия никогда не предъявляет претензии к режимам в плане их демократичности. Если это выбранный президент, то Россия говорит: да, мы уважаем выбор народа.

Проще иметь дело с западными партнерами, которые находятся далеко и «не смогут так сильно влиять на демократизацию». Они объявляют режимы не демократическими, в том числе критикуют за это Туркмению, но охотно с ними сотрудничают.

Недавно Туркмения обратилась к США с просьбой оказать ей военную помощь после получения информации о присутствии ИГИЛ у их границ (в Афганистане)

ИГИЛ ПЫТАЕТСЯ СОЗДАТЬ КОРИДОР ЧЕРЕЗ ТУРКМЕНИСТАН

Глава Центрального командования генерал Ллойд Джеймс Остин заявил, что США готовы сделать все возможное, чтобы помочь. Понятно, что в условиях укрепления позиций России на евразийском пространстве США будут пытаться найти способы остаться в Центрально-Азиатском регионе и даже создать военную базу около границ с Россией. Ведь уйдя из Манаса в Киргизии, американцы могут найти новое пристанище в Туркмении.

Некоторое время в роли нового плацдарма американского влияния в регионе рассматривался и Узбекистан. Однако власти этой страны, видимо, не рискнули идти на столь близкое сближение с Вашингтоном. Неспроста президент Узбекистана Ислам Каримов и до, и после президентских выборов неоднократно напоминал о внеблоковом статусе страны и недопустимости размещения здесь каких бы то ни было военных баз. И вот теперь, судя по всему, ставку решено сделать на Туркменистан.

Конечно определенная угроза Туркмении действительно есть. В Афганистане есть туркменские племена, в частности, связанные с талибами, потомки бывших басмачей. Они могут попытаться как-то дестабилизировать ситуацию. Но эта опасность не столь велика. В значительной степени такие явления можно назвать геополитической игрой как со стороны Вашингтона, так и со стороны Ашхабада.

Ашхабад разыгрывает свою карту. Он хочет признания режима Бердымухамедова на Западе, что увеличит инвестиции в страну и позволит диверсифицировать свою экономику. Реформы, которые в последнее время стал проводить Бердымухамедов, тоже направлены на то, чтобы их признали в западном сообществе. В Туркмении с середины июля планируется ввести некоторые зачатки демократии: право проводить собрания и демонстрации. Это свидетельство того, что, по крайней мере, благоприятный фасад власти Бердымухамедов стремится создать. Делается это как раз для того, чтобы получить возможность дружить с западными государствами и увеличить объемы экспорта своих природных богатств.

Кстати, нельзя сказать, что в республике недооценивают военную угрозу. По распоряжению властей призывной возраст на срочную службу увеличен до 30 лет, в приграничные районы стягиваются дополнительные военные силы. Однако власти Туркмении явно просчитались с выбором стратегического союзника. Включение республики в сферу западного влияния грозит непредвиденными последствиями. Понятно, что сотрудничество с Туркменией нужно США не для противодействия «террористической угрозе», а для давления на Иран и Китай. Таким образом, инициируя сближение с США, руководство Туркмении рискует оказаться в геополитическом тупике.

Оригинал публикации: http://berlek-nkp.com/analitics/4587-cgi-berlek-edinstvo-turkmenistan-v-prizme-geopoliticheskoy-igry-v-centralno-aziatskom-regione.html

The post ТУРКМЕНИСТАН В ПРИЗМЕ ГЕОПОЛИТИЧЕСКОЙ ИГРЫ В ЦЕНТРАЛЬНО-АЗИАТСКОМ РЕГИОНЕ first appeared on Глобальная Политика.

В целом, объяснение происходящих процессов можно свести к нескольким основным версиям.

Версия первая: случайный, никем не координирующийся поток событий

Первая версия выглядит достаточно привлекательной, поскольку она весьма проста и удобна. Действительно, что может быть проще: Вашингтон, Лондон, Брюссель, Москва, Пекин – все они настолько запутались и заигрались, что ситуация вышла из-под контроля и пошла как бы самотеком. Экстремистские группировки действуют в своих собственных узких интересах. Региональные державы пытаются их остановить. А США и их союзники по НАТО вроде как им в этом помогают.

НА ПУТИ К «ВЕЛИКОМУ ИЗРАИЛЮ»: ГЛАВАРЬ ИГИЛ ЯВЛЯЕТСЯ ШТАТНЫМ АГЕНТОМ МОССАДА ШИМОНОМ ЭЛЛИОТОМ

Вроде все очевидно, но остается много вопросов. Например, почему при столь колоссальных ресурсах западные державы не могут остановить продвижение крупных радикальных группировок, прежде всего, ИГИЛ и «Джабхат ан-Нусру»? При этом иногда боевикам даже оказывается поддержка – либо «по ошибке» (как в случае с ИГИЛ), либо даже с определенной косвенной целью (использование «Ан-Нусры» в противостоящем Дамаску альянсе «Джейш аль-Фатх»).

Или же почему НАТО не может надавить на входящую в этот военный блок Турцию или хотя бы помочь ей перекрыть границы с Сирией в целях прекращения непрерывного потока новобранцев в ряды той же ИГИЛ? И тем более непонятно, как последняя может спокойно продавать такое огромное количество природных ресурсов, пусть даже и контрабандистам? Невозможно поверить в то, что никто не в силах прекратить этот нелегальный бизнес – для современной высокотехнологичной эпохи это выглядит очевидным абсурдом.

ПРОБЛЕМЫ И ОСНОВЫ ПОЛИТИКИ «ИСЛАМСКОГО ГОСУДАРСТВА»

Нельзя не задаться вопросом и о том – почему Вашингтон вдруг резко меняет свое отношение к Ирану, являвшемуся первым и главным врагом для американских интересов на Ближнем Востоке? При этом отношение к своим давним и ближайшим союзникам в регионе в лице аравийских монархий меняется просто до неузнаваемости. Например, Бахрейну, где располагается Пятый флот ВМС США, Белый дом аж выдвинул ультиматум, угрожая передислоцировать свои военные корабли в другое место?!

Подобного рода вопросов можно задать еще немало. И, конечно же, при объективном подходе даже невооруженным взглядом видно, что версия о «случайном неуправляемом хаосе» не выдерживает никакой критики. Едва ли может вызывать сомнения тот факт, что, как минимум, часть происходящих процессов определенными силами и контролируется, и управляется.

Версия вторая: «переформатирование» региона в угоду правящей в США «команды Обамы»

Вторая версия, безусловно, представляется более выверенной и логичной. Действительно, американский президент, конечно же, не является этаким «волком-одиночкой». За ним, несомненно, стоят определенные силы и семейные кланы, или, если угодно, «команда», от лица которой он и выступает. Это так же очевидно, как и то, что любой одиночка на посту такого государства просто обречен на неудачу. Такой человек не сумел бы добраться даже до ступеней, ведущих к вершинам власти…

Таким образом, если не игнорировать эту аксиому, выводы напрашиваются сами по себе – «команда Обамы», оказавшись у руля крупнейшей пока еще мировой державы, безусловно, начнет продвигать не только общеамериканские интересы, но и свои собственные. И учитывая, что эта команда пришла к власти после двух сроков Дж. Буша-младшего, представлявшего абсолютно иные силы, логично предположить, что в некоторых вопросах интересы этих сил далеко не идентичны.

ИРАНСКАЯ НЕФТЬ И ГАЗ ПОСЛЕ ВЕНСКОГО СОГЛАШЕНИЯ

Одним из таких вопросов является, к примеру, нефтепромышленный комплекс. Как известно, клан Бушей и «команда неоконсерваторов», которая, по сути, и рулила Белым домом до Обамы, тесно завязана на все, что связано с нефтью. И разве удивительно, что именно эта сила стояла за вторжением в Ирак? Получив в свои руки столь крупную нефтеносную территорию, «неоконы-республиканцы», естественно, поставили там у власти контролируемый ими режим.

Если же взглянуть на общую картину того периода времени, то можно увидеть, что многие из арабских (и не только) стран были завязаны именно на «республиканцев», а не на другие силы: Тунис времен Бен Али, Египет времен Мубарака, Йемен времен Салеха, ну и, конечно же, такие аравийские монархии как Саудовская Аравия и Бахрейн.

Что же изменилось со времени прихода к власти Обамы? Если перечислить только одни факты, то они скажут сами за себя:

а) режимы в Тунисе, Йемене и Египте оказались смещены (хотя в Египте вскоре и произошел военный переворот);

б) в Ливии был уничтожен Каддафи (прямо никем не контролировавшийся и потому бывший неугодным ни одним, ни другим);

в) в Сирии продолжаются ожесточенные боевые действия (официальный Дамаск так же не контролируется ни теми, ни другими, более того, сирийские власти еще и входят в союз с Ираном);

г) в Ираке ушел в отставку аль-Малики, приходивший к власти под штыками Вашингтона времен Буша.

БОЛЬШАЯ ИГРА В АФГАНИСТАНЕ (ОБНОВЛЕНИЕ ДВАДЦАТЬ ПЕРВОГО ВЕКА)

И это далеко не все. За время правления Обамы сменились «прореспубликанские» режимы в таких регионах как Грузия (Саакашвили), Косово (Тачи), Афганистан (Карзай) и т.д. И практически нигде «постбушевский» Вашингтон не только не протестовал против смены власти, но и, напротив, нередко приветствовал или даже способствовал этому. Одной лишь заменой якобы отживших и потому уже неугодных режимов эти факты не объяснишь. Налицо очевидная закономерность. И если разложить мировых геополитических «игроков» по полочкам, то все становится на свои места. Тогда и ультиматум властям Бахрейна четко укладывается в эту, достаточно ясную картину.

Версия третья: намеренное создание все новых и новых конфликтных точек с целью «связывания рук» геополитическим конкурентам

Но все же одной только геополитической борьбой едва ли можно полностью объяснить то, что происходит сейчас по всему миру. И причин здесь, как представляется, несколько. В частности, следует вспомнить о том, что помимо двух «внутриамериканских игроков» существуют и другие силы. Например, Евросоюз.

Да, конечно, США играют в европейских структурах весьма существенную роль. Но контролировать полностью эту силу Белый дом уже не способен. И потому все чаще раздаются голоса, а порой и осуществляются определенные попытки выйти из-под американского контроля.

И если немалое число европейцев недовольны гегемонией Вашингтона, то что уж говорить о России, Китае, странах Латинской Америки, Индии, Иране, ЮАР и других государствах. В своем регионе каждая из этих стран является серьезной силой. А их объединение в одну надгосударственную структуру и вовсе представляет для американских интересов большую угрозу.

В связи с этим, установление контроля или хотя бы просто ослабление каждого из этих государств (а еще лучше всех сразу) – одна из главных внешнеполитических задач, стоящих на сегодняшний день перед Белым домом. И осуществлять это можно самыми разными способами: от политических и экономических до банально военных.

Примером политических методов вполне можно считать то, что происходит в Македонии, власти которой занимают в вопросах трубопроводов не ту точку зрения, которая устраивает Вашингтон. Причем официальные представители американской дипмиссии в этой стране чуть ли не в открытую поддерживают местную оппозицию.

Экономические рычаги жители России наблюдают уже с прошлого года, и введенные санкции не только не снимаются, но и, напротив, все больше усиливаются. При этом санкции ударяют не только по России, но и по Европе, и таким образом «убивается сразу несколько зайцев».

Нельзя не упомянуть и о таком виде экономического давления как лоббирование выгодных для Вашингтона проектов, связанных с поставками энергоресурсов. И, напротив, принуждение к отказу от тех трубопроводов, которые угрожают гегемонии США в мире. Вообще, многие эксперты считают этот фактор едва ли не одним из основополагающих для большинства военных конфликтов и противостояний. И вполне вероятно, что это мнение недалеко от истины. Хотя, конечно, экономическая ситуация в Соединенных Штатах такова, что одним изменением маршрутов поставок спасти американскую экономику, скорее всего, невозможно.

Ни для кого не является секретом, что в политической и экономической сферах Белый дом часто даже и «не скрывает свое лицо», то военные действия – несколько иная сфера. И в этом как раз одно из главных отличий «команды Обамы» от «неоконсерваторов». Последние часто идут буквально напролом, грубо сметая все на своем пути и не обращая внимание ни на международную реакцию, ни на имиджевые потери. Нынешняя же американская администрация действует совершенно иными методами. Возьмем, к примеру, смену власти в Ливии – там, куда «неоконы-республиканцы», скорее всего, залезли бы и руками и ногами, «команда Обамы», практически, лишь нажимала на нужные кнопки.

Исходя из этого, можно сделать следующий важный вывод: с одной стороны – Белый дом использует непрямое военное воздействие для удержания или смены того или иного режима, с другой стороны – создание долго действующих очагов напряженности помогает Вашингтону сдерживать и ослаблять своих геополитических конкурентов.

Последнее утверждение постепенно приобретает все больше видимые черты. Например, военные действия на Украине «связывают руки» сразу двум силам – Европе и России. Более того, этот конфликт еще и отталкивает их друг от друга, является поводом для усиления экономического давления, и к тому же сдерживает развитие Евразийского союза.

Создание хаоса в Ливии, Ираке и Сирии ведет к увеличению потока беженцев в Европу. В результате, европейцы даже начали свою военную операцию против контрабандистов, что свидетельствует о более чем реальных проблемах, с которыми столкнулись страны ЕС.

Война в Йемене втянула в себя Саудовскую Аравию и отчасти несколько других государств. При этом йеменский конфликт во многом необычен и неоднозначен. Но что самое важное – для некоторых государств, прежде всего, для саудовского королевства, он может привести к очень серьезным последствиям. И здесь следует остановиться поподробнее…

Версия четвертая: хаос и/или развал

САУДОВСКАЯ АРАВИЯ: КОРОЛЕВСТВО БАНДИТСКИХ ВОЙН

Ситуация, складывающаяся для КСА, становится настолько сложной и запутанной, что, похоже, уже и сами члены правящей династии не понимают, как им с ней справиться. Отсюда, видимо, их метания: от Турции и Египта до Пакистана и Сенегала.

На сегодняшний день Эр-Рияд имеет уже три реальные угрозы, от которых он едва ли сможет защититься самостоятельно.

Первая опасность, может, и не является самой серьезной, но при определенных обстоятельствах вполне может стать таковой. Речь идет о распространении влияния группировки ИГИЛ. Причем, с одной стороны – это угроза внешняя (несколько раз боевики даже обстреливали саудовскую границу со стороны Ирака), с другой стороны – идеология экстремистов охватывает собой все больше и больше подданных КСА. В королевстве уже образованы ячейки ИГИЛ (или, что более вероятно, существовавшие ранее группы радикалов просто объявили о присоединении к этой группировке). Дело дошло до того, что эти ячейки устроили два подряд крупных теракта, чего давно не наблюдалось в этой стране. При этом неизвестно, где может рвануть в следующий раз, и как с этим бороться, учитывая, что саудовская молодежь все больше разочаровывается в руководстве страны и как магнитом притягивается в «черную дыру» ИГИЛ.

САУДИТЫ МЕЖДУ ГОРБАМИ ВЕРБЛЮДА

Второй и пока наиболее главной угрозой для Эр-Рияда, безусловно, является ситуация в Йемене. Причем винить здесь саудовские власти должны лишь самих себя. Не сумев добиться серьезного политического влияния у своих южных соседей, руководство КСА не нашло ничего лучшего как начать бомбардировки йеменских городов. Этим они настроили против себя даже тех, кто поначалу был против повстанцев из движения «Ансар Аллах». Если Эр-Рияд полагал, что войну в Йемене можно выиграть лишь с помощью ВВС, то он глубоко заблуждался. И даже если начнется сухопутная операция, это едва ли приведет к какому-то определенному результату. Вся история Йемена показывает, что будет означать наземная война в этой стране. В итоге, саудовские власти попали в очень непростое положение – уйти, означает потерять все, что они имели до этого; остаться – будет означать продолжение или даже усиление военных действий с непредсказуемым итогом.

Наконец, третьей угрозой стал неожиданный удар изнутри страны – в провинции Наджран. Неожиданным стал даже не столько сам удар, сколько место, где он был нанесен. Дело в том, что все ожидали активности шиитского населения страны в ее восточных провинциях. А тут оказалось, что Эр-Рияд столкнулся с теми, кто может не просто нанести одно-два поражение и на этом все закончится. Нет, все гораздо серьезнее – движение «Ахрар ан-Наджран», уже объявившее о независимости своих земель, вероятнее всего, начнет координировать военные действия с йеменскими повстанцами. А это означает, что боевые действия уже перенесены на территорию Саудовской Аравии со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Все это вызывает логичный вопрос – а где же американцы? Где, казалось бы, ближайшие союзники Эр-Рияда? Почему они практически ничего не предпринимают для спасения режима?

САУДОВСКИЙ ПРИНЦ В РОССИЮ ПО ЗАКАЗУ ИЗРАИЛЯ

Одним из вариантов ответа могла бы стать озвученная ранее вторая версия – «команда Обамы» выбивает почву из-под ног у «прореспубликанского режима». И в какой-то мере это, наверное, соответствует действительности. Но с другой стороны власть в Саудовской Аравии уже не та, что была некоторое время назад, во времена короля Абдаллы. Новый монарх Салман показал, что он, в общем-то, готов идти на компромиссы и даже начал сближение с Турцией и Катаром. То есть, с теми странами, которые с начала ближневосточной «перезагрузки» шли одним с Вашингтоном курсом.

В связи с этим на первый план выходит еще одна версия – «команда Обамы» не просто пытается переориентировать режимы на себя, не просто создать очаги напряженности по всему земному шару, но еще и произвести перекройку границ всего Большого Ближнего Востока. Такого рода планы, на самом деле, хорошо известны, и карты разделенного на куски региона, доступны любому пользователю Интернета. Ливия, Сирия и Ирак уже практически развалены. На очереди Саудовская Аравия? А затем Египет, Турция, Пакистан, Иран?

Версия пятая: самая опасная

ВОЙНА, КОТОРУЮ МЫ НЕ ЗАМЕЧАЕМ: КАК РАЗГОРАЕТСЯ ТРЕТЬЯ МИРОВАЯ

В итоге, на выходе мир может оказаться в крайне удручающем и взрывоопасном положении: перекройка границ, конечно же, боевые столкновения не остановит. Тем временем, по всему земному шару будут расползаться большие и малые, активные и вялотекущие военные конфликты. Но самым опасным может стать «собирание» всех этих конфликтов в большие региональные войны, которые, в свою очередь, могут оказаться предвестником одного большого общемирового противостояния.

И очевидно, что те, кто стоят за подобными планами, принимать в этом прямое участие, конечно же, не будут. По этой причине они всеми силами должны будут решить два основных вопроса:

1) «Разжигание» как можно большего количества «костров войны» в наиболее важных, ключевых регионах.

Решение этого вопроса, по большому счету, идет полным ходом – Украина, Сирия, Ирак, Йемен, Ливия, Сомали, Афганистан. Эти страны, по сути, уже представляют собой поля сражений, причем в некоторых из них участвуют несколько сторон одновременно. При этом Афганистан стоит упомянуть отдельно, поскольку ситуация в этой стране меняется день ото дня.

ТУРКМЕНИСТАН В ПРИЗМЕ ГЕОПОЛИТИЧЕСКОЙ ИГРЫ В ЦЕНТРАЛЬНО-АЗИАТСКОМ РЕГИОНЕ

И война угрожает уже, как минимум, двум государствам Средней Азии – Таджикистану и Туркменистану.

Фактически на подходе разрастание боевых действий в упоминавшейся Саудовской Аравии, что может вызвать «эффект домино» для всего Аравийского п-ва. Проглядывается возможное обострение ситуации и для Турции – прежде всего, конечно, в связи с курдским вопросом. Евросоюзу грозит призрак еще одной балканской войны, которая может затронуть, минимум, следующие государства – Македонию, Албанию, Сербию и Косово, Черногорию. У Китая тоже есть свои потенциально уязвимые точки, причем как внутренние (Синцзян-Уйгурский автономный район), так и внешние (территориальные споры с Японией, Вьетнамом, Филиппинами; гражданская война в Мьянме). Не следует забывать и о Тайване. Страны Западной Африки (Нигерия, Камерун, Нигер, Чад), так или иначе, тоже задействованы в своем локальном военном конфликте.

2) Способствование созданию крупных военных блоков с целью их столкновения в ближайшем будущем.

Кому-то это может показаться удивительным, но некоторые движения уже наблюдаются и в этом направлении. Так, в марте 2015 года европейцы озвучили планы по созданию своей собственной объединенной армии. Пока эти планы не достигли официального воплощения, но первые военные операции Евросоюз уже начал осуществлять. И пусть борьба с контрабандистами в Средиземном море выглядит достаточно безобидно, недооценивать ее все же не стоит. Тем более, что совместные силы ЕС вроде как намереваются зайти в территориальные воды Ливии. Власти же этой североафриканской страны, в свою очередь, заявили о недопустимости этого и даже пригрозили наносить авиаудары по нарушителям морских границ.

Наконец, нельзя обойти вниманием и создание т.н. «аравийской коалиции». Этот альянс показал, что создать военный блок на основе арабо-мусульманских стран вполне реально. И на этом фоне разговоры о формировании «объединенной арабской армии» уже не выглядят пустой бравадой. Войска Египта, Судана, Марокко, Иордании, аравийских монархий с возможным подключением Пакистана и даже далекого Сенегала – вполне могут стать серьезной военной силой. Учитывая, к тому же, все увеличивающиеся со стороны некоторых стран закупки самого современного вооружения.

Заключение

ХИТРОСПЛЕТЕНИЯ МИРОВОЙ ПОЛИТИКИ

Как же реагируют на происходящее Соединенные Штаты? Казалось бы, в Вашингтоне должны были ужаснуться появлению упомянутых военных альянсов. Но не тут-то было: Белый дом открыто выразил поддержку формированию «арабской армии». Возникает резонный вопрос – почему? Ответ, как представляется, более чем очевиден.

И уже не столь важно, как будет выглядеть это военное противостояние: Восток против Запада или Запад против Востока. Победителей в таких столкновениях, как правило, не бывает. Если только они не смотрят на происходящее со стороны, вступая в противостояние на последних этапах.

Оригинал публикации: http://muslimpolitic.ru/2015/06/bolshoj-blizhnij-vostok-pered-sereznymi-geopoliticheskimi-izmeneniyami-chast-vtoraya/

The post БОЛЬШОЙ БЛИЖНИЙ ВОСТОК ПЕРЕД СЕРЬЕЗНЫМИ ГЕОПОЛИТИЧЕСКИМИ ИЗМЕНЕНИЯМИ first appeared on Глобальная Политика.

Формированию новой идеи терроризма способствовала сложившаяся в 2000 годы ситуация на мировой арене, а именно: разлад в мировой политической элите, неправильная расстановка приоритетов в пользу национальной безопасности отдельных стран, а не глобальной, болезненное состояние общества, вызванное культивируемыми свободами и вседозволенностью, а также глубокая депрессия в мировой экономической системе. Этим периодом воспользовались.

СВЯЗЬ США С ТЕРРОРИСТИЧЕСКИМИ ГРУППИРОВКАМИ и ИНТЕРЕСЫ ВАТИКАНА

НА ПУТИ К «ВЕЛИКОМУ ИЗРАИЛЮ»: ГЛАВАРЬ ИГИЛ ЯВЛЯЕТСЯ ШТАТНЫМ АГЕНТОМ МОССАДА ШИМОНОМ ЭЛЛИОТОМ

Таким образом, созданная в 2006 году международная террористическая организация «Исламское государство Ирака и Леванта» (сокр.- ИГИЛ; прим. автора) показала всему миру терроризм нового типа. Созданная изначально как подразделение всемирно известной «Аль-Каиды», но позднее отмежевавшаяся от нее и, в  конечном счете, ее превзошедшая, ИГИЛ извлекла все уроки своих предшественников. Она стала сплачивать вокруг себя союз  крупнейших террористических организаций в числе которых «Братья-мусульмане», «ХАМАС» и «Аль-Каида». Она привлекла в свои ряды огромное количество иностранцев, от маргиналов до высокообразованные людей. ИГИЛ начала масштабную наступательную операцию в медийном пространстве- создала собственный новостной канал «Аль-Фуркан» и выпустила ряд фильмов. Безусловно, такого влияния на иностранную аудиторию до нее не имела ни одна террористическая организация.

МОЗГ ТЕРРОРИСТА

Новые угрозы требуют нового решения

ТРАНСНАЦИОНАЛЬНЫЕ ТЕРРОРИСТИЧЕСКИЕ СЕТИ КАК ИНСТРУМЕНТ МЕЖДУНАРОДНОЙ ПОЛИТИКИ

И на мой обывательский взгляд единственно верным решением может служить только одно — признание недостатка образования главной проблемой и её решение. Для этого необходимо во всех государственных учебных заведениях стран ООН создавать краткосрочные или долгосрочные учебные программы, нацеленные на то, чтобы показать молодежи реальную картину мира и научить их распознавать ложь, исходящую от распространителей экстремистских идей. Тем самым, это может запустить процесс формирования «иммунитета» общества в отношении пропаганды террористических организаций. И, ко всему прочему, это может оказать положительное влияние на борьбу с  ассимилированными представителями террористических ячеек в странах Запада.

Бездумно бомбить или вести войну «издалека» больше не имеет смысла. Или же имеет, но исключительно в локальных масштабах. А ведь тут проблема гораздо глубже- терроризм начал идейную войну. Он ее вел всегда, но сейчас люди бегут к ним не просто за деньгами. Они видят в ней идеи. Вернее террористические мысли завернутые в оболочку красивых идей. И именно ей мы сейчас противостоим. А осознав и прочувствовав свои идеи и традиции, мы придем к отторжению и локализации всяких ИГИЛ и ей подобным. Только тогда мы сможем одержать победу «огнем и железом».

Оригинал публикации: http://cont.ws/post/81575

The post ТЕРРОРИЗМ НОВОГО ТИПА first appeared on Глобальная Политика.

Причем, судя по всему, возникающая конфигурация региональных и межрегиональных альянсов будет качественно отличаться от всего того, что мы видели не только с 2001 года, но и за последние 100 лет, начиная с соглашений Сайкс-Пико 1916 года и Версальского договора 1919 года. Это означает если не фактический слом, то глубокое размывание доныне существовавших границ между государствами региона, начерченных Великобританией и Францией.

Уже сейчас ясно, что у целого ряда стран мало перспектив сохранится в их нынешнем виде

В первую очередь речь идет об Ираке, который как никогда ранее близок к распаду на три энтитета – шиитский, курдский и суннитский. Шиитский – очевидным образом окажется – да и уже находится – под непосредственным влиянием Ирана.

ГЛАВАРЬ ИГИЛ, НАЗВАВШИЙ СЕБЯ «ХАЛИФОМ АБУ БАКР АЛЬ-БАГДАДИ» ЯВЛЯЕТСЯ СПЕЦИАЛЬНО ПОДГОТОВЛЕННЫМ ОПЕРАТИВНИКОМ МОССАДА ПО ИМЕНИ ЭЛЛИОТ ШИМОН

Курдский при содействии западных глобалистов, действующих руками США – будет эволюционировать в сторону независимого государства, которое вберет в себя не только территории нынешнего Ирака, но также Турции и Сирии. А суннитский – либо останется под властью исламских радикалов в лице ИГИЛ, либо, что скорее всего произойдет после ожидаемого разгрома джихадистов (США, похоже, решили все же похоронить рожденного ими монстра), будет вынужден подчиниться воле шиитского соседа, намеренного твердо удерживать контроль над всей «шиитской дугой» от Тегерана до Бейрута. Взаимодействие де-факто ВВС США с шиитскими милициями в провинции Анбар в ходе борьбы с ИГИЛ говорит о том, что США не будут этому препятствовать.

Что касается Сирии, то ослабленный режим Асада все же выживет в ближайшие годы

Заявления Дж. Керри 15 марта о готовности вступить с Б. Асадом в переговоры лишь подтверждают этот тезис. Однако Дамаск вряд ли сумеет восстановить суверенитет над всей территорией прежней Сирии. Северный и северо-восточный курдские районы будут добиваться для себя широкой автономии, а скорее – примкнут к усиливающемуся иракскому Курдистану.

Равным образом под угрозой исчезновения оказался и единый Йемен

Хусистам, захватившим Сану, несмотря на их антиамериканскую и квазисоциалистическую риторику, вряд ли удастся подмять под себя всю страну, прежде всего, южные суннитские области, которые аравийские монархи будут накачивать деньгами и оружием. Это, в конечном итоге, рискует спровоцировать раскол страны, которая и ранее была подвержена многочисленным конфликтам из-за разнородного характера населения, его крайней бедности и практически поголовного вооружения взрослых йеменцев. Многое зависит от позиции Эр-Рияда, который не совсем дальновидно планирует перетащить межйеменский диалог на свою территорию и поставить его под эгиду ССАГПЗ, что в нынешних условиях малореалистично.

Будущее Египта и Судана – двух крупнейших стран Ближнего Востока, также выглядит весьма туманно

Дестабилизированные внешними силами, они могут и не устоять под напором множащихся внутренних и внешних проблем. Однако распад или дальнейшее ослабление вышеупомянутых государств, а на очереди и других стран Ближнего Востока и Северной Африки, станет не единственным следствием происходящих в регионе процессов имплозии старого миропорядка. Совершенно очевидно, что возникнут новые разделительные линии, длительность существования которых будет определяться соотношением сил вновь формирующихся альянсов между старыми и новыми игроками на региональном поле.

Большинству арабских государств ясно, что заключение американо-иранской сделки по ИЯП и по другим вопросам регионального устройства (а сейчас уже очевидно, что Вашингтон с Тегераном активно договариваются о разделе сфер влияния) превратит Иран в нового регионального гегемона. Какие бы аргументы против этого ни приводил Государственный секретарь США Дж. Керри, пытавшийся в ходе визита в Эр-Рияд 5 марта успокоить аравийские монархии, что, якобы, соглашения по вопросам будущих параметров ядерной политики Ирана не затронут других аспектов иранской внешней политики и Вашингтон, как и прежде, будет активно противостоять иранскому экспансионизму.

Безусловно, Соединенные Штаты не станут в одночасье другом Ирана, как опасаются на аравийском полуострове, – слишком многое их разделяет. Более того, они заверяют суннитские монархии (в ходе упомянутого визита Дж. Керри в Эр-Рияд), что ради их защиты даже развернут над ними «ядерный зонтик». Не случайно, педалируя эту тему, Премьер-министр Израиля Б. Нетаньяху в своем памятном выступлении 3 марта в конгрессе не без оснований заявил: «Этот режим всегда будет врагом Америки. Не дайте себя одурачить. Битва между Ираном и ИГИЛ не превратит Иран в друга Америки. Иран и ИГИЛ соревнуются за корону воинственного ислама».

РОССИИ ПРИДЕТСЯ СХВАТИТЬСЯ С АМЕРИКАНЦАМИ И ТУРКАМИ НА СИРИЙСКОЙ ТЕРРИТОРИИ

Естественно, в Белом Доме никто и не думает, чтобы Иран в его нынешнем виде стал другом США. Речь идет о более далеком расчете – сняв санкции, значительно усилить позиции проамериканских либералов в Иране из числа крупной буржуазии, заинтересованной в смене режима и отказе Тегерана от использования ислама в качестве внешнеполитического инструмента экспансии. Иными словами, сделка по ИЯП – попытка спровоцировать очередной госпереворот на Ближнем Востоке, теперь уже в Иране, в чем Вашингтон поднаторел за последние 10 лет. Однако не факт, что замыслы вашингтонских стратегов реализуются так, как они себе это представляют. США уже потерпели ряд унизительных поражений в регионе после развязанных ими здесь войн под антитеррористическими лозунгами и в результате спровоцированных из-за океана псевдодемократических революций. Достаточно упомянуть, что одно лишь военное вторжение в Ирак и попытки реформирования иракского государства по американским рецептам привели к тяжелейшему кризису в стране и поставили ее на грань распада.

В других же странах попытки через так называемые демократические революции привести к власти дружественных Вашингтону «Братьев-мусульман» не только вызвали сопротивление со стороны ваххабитских монархий Персидского залива, но и спровоцировали тяжелейшие конфликты прежде всего в Сирии и Ливии.

С учетом этих процессов, в регионе сформировалась новая парадигма по форме выливающаяся в противостояние суннитского и шиитского мира, а по сути, – в конфронтацию Ирана и некоторых суннитских монархий Аравийского полуострова во главе с Саудовской Аравией. К этому суннитскому альянсу в интересах собственного выживания будет вынужден в той или иной примкнуть и Израиль, который обеспокоен не столько иранским ядерным оружием, сколько распространением влияния Тегерана, независимо от того, будет он или не будет обладать ядерным оружием. Отсюда и слухи о широкомасштабной грядущей сделке между Саудовской Аравией и Израилем по палестинской проблеме, которая откроет путь к прямому альянсу сионистов и ваххабитов. Пока в нее верится с трудом, но ясно, что возвышение шиитского Ирана очевидным образом снижает стратегическую значимость Израиля в глазах США, лишает его статуса незаменимого союзника Вашингтона на Ближнем Востоке и с этим Тель-Авиву надо что-то делать.

ИЗРАИЛЬ ГОТОВИТ АЗЕРБАЙДЖАН К БОЛЬШОЙ ВОЙНЕ

Укрепление региональных позиций Тегерана и формирование независимого или находящегося в конфедеративных отношениях с Багдадом Курдистана, очевидным образом наносит удар по позициям Анкары, а также ее претензиям на региональное лидерство под руководством Т. Эрдогана. Противостоять этим процессам Турция пытается за счёт негласного попустительства действиям ИГИЛ, а также попыток, если не свергнуть проиранский режим Асада, то поставить под свой прямой или косвенный контроль север страны, осуществляя поддержку так называемой «умеренной» сирийской оппозиции. Однако очевидно, что заигрывание Вашингтона с Тегераном, в том числе за счёт взаимодействия с шиитским ополчением, воюющим с ИГИЛ, в значительной степени уменьшает шансы Анкары на сохранение своих ближневосточных тылов. Турецким ответом на сближение Вашингтона с Тегераном уже стала независимая турецкая политика в отношениях с Россией, укрепление энергетического альянса с ней. Вместе с тем нельзя исключать, что Анкара, противодействуя возвышению Ирана, начнет укреплять свои позиции на энергетическом фронте за счёт формирования новых энергетических транспортных систем с Азербайджаном и Туркменистаном.

ТРЕТЬЯ МИРОВАЯ, ТРАНЗИТНАЯ: О ВЫБОРЕ ДЛЯ ТУРЦИИ

Большой вопрос, сумеет ли Вашингтон в условиях нарастающего соперничества между Турцией и Ираном заставить их договориться о формировании газотранспортного коридора из Ирана в Европу для уменьшения энергетической зависимости ЕС от российского газа. Пока, при сохранении нынешнего режима в Тегеране, такая перспектива плохо просматривается. У всех ключевых игроков – не совпадающие приоритеты.

Для полноты картины следует обратить внимание и на попытки Саудовской Аравии, уже при новом короле Сальмане, сформировать антишиитский союз с опорой на вооруженные силы Египта. Эр-Рияд рассчитывает на ближайшем саммите Лиги арабских государств 28-29 марта добиться одобрения идеи создания объединенных вооруженных сил ЛАГ с участием АРЕ, КСА, Кувейта и ОАЭ, раз уж провалился военно-политический альянс стран ССАГПЗ, продвигавшийся покойным королм КСА Абдаллой. Не случайно на последней донорской конференции в Шарм аш-Шейхе 12-13 марта заливные монархии заявили о пакете помощи Каиру в 12 млрд. долл. Ясно, что долг платежом красен. По замыслу Эр-Рияда, сколь бы иллюзорным не выглядел этот альянс, он может материализоваться, если получит поддержку Турции для совместного противостояния гегемонистским устремлениям Тегерана. Этот вопрос был основным содержанием недавних (28 февраля – 02 марта) переговоров Т. Эрдогана в Эр-Рияде. В ближайшее время ожидается визит либо самого Сальмана, либо его сына и министра обороны Мухаммеда в Анкару для продолжения переговоров.

При этом все крупные региональные игроки, анализируя действия США по выводу Ирана из-под санкционного режима под предлогом его отказа от ядерного оружия и гарантий мирного использования атомной энергии (при том, что Иран, похоже, и не собирался создавать ядерное оружие и неоднократно заявлял об обратном), исходят из перспективы дальнейшего дистанцирования Вашингтона от происходящего в регионе.

Ведь Соединенным Штатам, базируясь на собственной стратегии сохранения глобального доминирования, сейчас необходимо перегруппировать свои силы для усиления нажима на Китай и Россию, бросивших вызов американской гегемонии и активно работающих над созданием многополярной системы международных отношений взамен провалившийся формулы однополярного мира. А ради этого США надо драматически снизить свою вовлеченность в ближневосточные дела, при этом не дать России и Китаю занять их место, использовав в этих целях альянс с Тегераном.

Иными словами, ведущие государства Ближнего Востока готовятся к периоду, когда опираться на Вашингтон уже не получится, во-первых, из-за его нежелания брать на себя обеспечение региональной стабильности, а во-вторых, из-за его ненадежности как партнера, что ясно показал период так называемых арабских революций.

В конечном же счете, Вашингтон, превращая Иран в регионального жандарма – взамен Израиля – рискует проиграть на всех фронтах

Доверие к его политике в регионе у всех ключевых игроков – Турции, Египта, Израиля, и Саудовской Аравии – после всех кульбитов последних лет глубоко подорвано, а у Ирана никогда и не было. Тель-Авив и суннитские монархии Персидского залива сейчас задействовали все свои ресурсы влияния на Вашингтон чтобы, используя существующий раскол американских элит, во-первых, не допустить дальнейшего американско-иранского сближения, а во-вторых, не дать Вашингтону быстро и без особых затрат для себя уйти из региона. Инерцию масштабного военного присутствия США на Ближнем Востоке действительно трудно переломить (об этом говорит решение Пентагона сохранить 30-ти тысячный контингент в Афганистане) – а его продление обернется для Белого дома невозможностью сосредоточить все ресурсы на борьбе с Москвой и Пекином. Играя против всех, Вашингтон рискует оказаться без союзников и с большими проблемами.

The post БЛИЖНИЙ ВОСТОК НА ГРАНИ СЛОМА СТРАТЕГИЧЕСКИХ БАЛАНСОВ first appeared on Глобальная Политика.