ЗАЧЕМ СССР ВТОРГСЯ В АФГАНИСТАН ?


Зачем СССР вторгся в Афганистан?

25 декабря 1979 года в Афганистан вошли первые части Советской армии. Так началась почти десятилетняя история военного присутствия СССР в этой стране. Добиться военного успеха не удалось: война была непопулярной, а среди руководства не было единства. Советский Союз вместо безопасности южных рубежей получил аналог американского Вьетнама.Афганистан еще с середины XIX века стал очень важной для Российской империи страной. Страна оказалась «между молотом и наковальней» — присоединившей Среднюю Азию Россией и Великобританией, боявшейся за безопасность Индии, «жемчужины в короне» своих колониальных владений.

Правда, Афганистан в итоге отстоял свою независимость, добившись ее признания со стороны Петербурга и Лондона

После революции 1917 года Афганистан стал одной из важнейших стран для внешней политики нового государства. В 1919 году Москва и Кабул договорились о взаимопризнании. Отношения между ними строились на подчеркнутом равноправии сторон. Советский Союз активно помогал правительству Мухаммеда Захир-шаха, даже несмотря на то, что Афганистан оставался королевством.

В среднеазиатской стране возникла своя просоветская организация — Народно-демократическая партия Афганистана (НДПА). В 1960-е годы это была немногочисленная организация, преимущественно объединявшая левую интеллигенцию и, в силу своей маргинальности, не имевшая отношения к государственному перевороту, который произошел летом 1973 года. Тогда Мохаммед Дауд, родственник Захир-шаха, обвинил последнего в узурпации и провозгласил республику. В ней позиции местных коммунистов усилились — притом что они разделились на радикальную фракцию «Халк» («Народ») и умеренную «Парчам» («Знамя»). К тому же уже через несколько лет экономика Афганистана начала коллапсировать. Массовой стала эмиграция в соседние Иран и Пакистан.

В апреле 1978 года убийство журналиста — редактора газеты НДПА привело к вооруженному перевороту, получившему название Апрельской революции.

К власти пришли сторонники парчамистов во главе с Нурмухаммедом Тараки, который провозгласил Демократическую Республику Афганистан.

Афган 79, как прототип для новой архитектуры мирового порядка

АФГАН 79, КАК ПРОТОТИП ДЛЯ НОВОЙ АРХИТЕКТУРЫ МИРОВОГО ПОРЯДКА

Однако революция вместо установления жесткого просоветского режима привела к хаосу. Тараки начал программу не вполне продуманных реформ: в первую очередь они коснулись национализации земли и списания задолженностей. Помимо крупных латифундистов под конфискации угодий попали и середняки, что не могло вызвать положительных эмоций в деревне.

Форсированная модернизация, в частности насаждение грамотности, введение регулирующих браки законов, также вызвала недовольство консервативного большинства.

Меры по ограничению роли ислама в обществе закономерно привели к росту экстремистских настроений. Базой для деятельности исламистских отрядов стала Северо-Западная пограничная провинция Пакистана, где также жили пуштуны, а граница между ней и Афганистаном была формальной. К весне 1979 года ситуация в стране обострилась.

Глава Национального фронта спасения Афганистана Себгатулла Моджадедди объявил фетву о «джихаде» против Демократической республики. Повстанцы контролировали ряд провинций страны.

В сентябре судьба Тараки была решена: его премьер-министр Хафизулла Амин сначала обвинил президента во всех смертных грехах, а потом отдал указание убить его. 9 октября Тараки был задушен подушками. Положение Амина было шатким: с одной стороны, в стране уже шла гражданская война, с другой — он не мог полностью опереться даже на Народно-демократическую партию. Амин прибег к лавированию, но это ничем не кончилось — возникла угроза десоветизации Афганистана.

Для Советского Союза это было неприемлемо по двум причинам

Геополитически появление исламистского Афганистана неминуемо означало постоянную напряженность на границе с Узбекистаном и Таджикистаном. Тем более что население севера Афганистана составляли узбеки и таджики.

Кроме того, в Москве тогда если не декларировали, то разделяли сформулированную еще в августе 1968 года «доктрину Брежнева»: вошедшие в советскую сферу влияния государства имеют лишь ограниченный суверенитет.

По некоторым свидетельствам, о возможном вводе войск заговорили еще весной 1979 года, когда в Герате произошло антикоммунистическое восстание, но тогда руководство СССР приняло решение воздержаться от крайней меры. Летом того же года, на фоне взаимных интриг Тараки и Амина, дискуссия стала острее, но такой способ решения проблемы не вызывал единства даже на уровне части партийной элиты, не говоря уже про академическое сообщество. Решающим стало заседание Политбюро 12 декабря. На нем глава КГБ Юрий Андропов заявил, что Амин имел еще в 1960-е годы контакты с ЦРУ, а министр обороны Дмитрий Устинов опасался растущей напряженности у южных границ.

Нельзя не учитывать и личную реакцию советских лидеров на «вероломство» Амина. Министр иностранных дел Андрей Громыко писал в своих мемуарах: «Этот кровавый акт (убийство Тараки. — «Газета.Ru») произвел потрясающее впечатление на советское руководство. Леонид Брежнев особенно тяжело переживал его гибель».

В результате было принято постановление Политбюро ЦК “К положению в “А”. Оно, естественно, было совершенно секретным. В нем было сказано: «Одобрить соображения и мероприятия, изложенные товарищами Андроповым, Устиновым и Громыко». Это означало, что на высшем политическом уровне было принято решение о введении войск в страну.

Кроме того, было решено сместить Амина и заменить его на лояльного Москве Бабрака Кармаля

25 декабря Ограниченный контингент (ОК) Советской армии (его составляла 40-я армия) пересек границы Советского Союза с ДРА. Через два дня президентский дворец в Кабуле был атакован отрядами спецслужб СССР: в ходе боя погибло около 20 советских солдат, но дворец был взят, Амин убит.

Внутри Союза о событиях в соседнем государстве не сообщали: центральные газеты «Известия» и «Правда» куда большее влияние уделяли предстоящим выборам в Верховные советы союзных республик, а также ратификации договора о дружбе с Южным Йеменом (Народно-Демократической Республикой Йемен) и визиту в страну делегации Компартии Японии.

Забавно, что 27 декабря в «Правде» появилась короткая заметка о «знаменательной дате» — 15-летии со дня создания Народно-демократической партии Афганистана, в связи с чем сообщалось, что «на афганских предприятиях проводятся вахты добровольного труда».

Лишь 28 декабря в «Известиях» появились сообщения «К событиям в Афганистане». Было объявлено о свержении «кровавой клики» Хафизуллы Амина и «его приспешников, агентов американского империализма». Там же было напечатано «Воззвание к народу Афганистана» и обращение правительства этой страны, в котором было сказано, что оно «обратилось к СССР с настоятельной просьбой об оказании срочной политической, моральной и экономической помощи, включая военную помощь».

«Правительство СССР удовлетворило просьбу афганской стороны», — лаконично говорилось в сообщении «Известий». «Правда» ограничилась републикацией обращения Кармаля к народам Афганистана, в котором Амина обвиняли во всех смертных грехах и, в частности, в массовых репрессиях.

При Политбюро ЦК КПСС была оперативно создана специальная комиссия по Афганистану. Руководство военной операции возложили на первого замминистра обороны СССР Сергея Соколова и первого заместителя начальника Генерального штаба Вооруженных сил Николая Ахромеева.

Советские танки в Афганистане, 1980 год

Советские танки в Афганистане, 1980 год

По мнению главного военного советника в Афганистане в 1980–1981 годах Александра Майорова, «Соколов и Ахромеев были направлены в Кабул в начале афганской кампании в расчете, что она продлится недели и месяцы, государство обретет просоветский режим и обстановка в Афганистане стабилизируется. Но реальность показала, что афганцы… стали постепенно организовывать свои силы для сопротивления режиму Бабрака. Бои затягивались на месяцы…».

Среди руководителей операции также не было единства. Майоров подчеркивает постоянное недопонимание, возникавшее на местах между армией, КГБ — в его мемуарах упоминается полковник Виктор Осадчий, который все время находился при новом лидере Афганистана, — и МИДом в лице посла СССР в ДРА Фикрета Табеева.

Историк Виктор Коргун описывал ситуацию в ДРА в первые годы после введения войск: «Страну наводнили тысячи советских советников… руководство республики отчетливо принимало формы марионеточного режима…»

Международная реакция на советскую интервенцию в Афганистан оказалось неожиданно нервной для Москвы, притом что западные страны не прореагировали на Апрельскую революцию и последующий переворот Амина. В январе 1980 года Генеральная ассамблея ООН подавляющим большинством осудила советское вторжение в Афганистан. В феврале 1980 года на очередной сессии Международного олимпийского комитета «в повестку дня был поставлен вопрос о переносе или отмене летних Игр в Москве». На открытии сессии в Лейк-Плэсиде выступил госсекретарь США Сайрус Вэнс, что, как пишет историк спорта Михаил Прозуменщиков, было воспринято как определенное давление на организацию, но в итоге Олимпиаду в Москве было решено провести.

Моджахед со «Стингером» во время боевых действий в Афганистане

Моджахед со «Стингером» во время боевых действий в Афганистане

Для американского истеблишмента советская интервенция в Афганистане стала дополнительным ударом: как пишет французский историк Николя Верт, «вторжение… произошло менее чем через год после катастрофического поражения США, которое они потерпели после свержения шаха такого важного союзника, как Иран».

Действительно, зимой-весной 1979 года прозападный глава Ирана Реза Пехлеви был смещен в ходе Исламской революции. Его заменил фанатичный аятолла Хомейни, который начал строить теократию в стране и сразу начал вести антиамериканскую политику.

Цепь поражений США на Среднем Востоке привела к победе на выборах в президенты правого кандидата Рональда Рейгана, который предпочел политике «разрядки» политику конфронтации с Союзом.

Военного успеха в Афганистане СССР добиться не удалось

Афганский котёл с неприятностями начал бурлить: к оживлению талибов у границ среднеазиатских республик

Афганский котёл с неприятностями начал бурлить: к оживлению талибов у границ среднеазиатских республик

Режим в Кабуле контролировал только крупные города, а отряды моджахедов получали помощь и поддержку от США, Ирана, Пакистана и арабских королевств и эмиратов Персидского залива. Бесперспективность войны стала очевидной новому руководству страны: 15 мая 1988 года в рамках Женевских соглашений начался вывод ОК из Афганистана.

Численность его на пике достигала 120 тыс. человек (12 дивизий). К 15 февраля 1989 года последние солдаты перешли по мосту через Амударью на территорию советских Таджикистана и Узбекистана. Так закончилась история советского военного пребывания в Афганистане. В апреле 1992 года режим сменившего Кармаля Наджибуллы пал — его свергли отряды Ахмадшаха Масуда и Рашида Дустума. Афганистан стал исламским государством, но моджахеды не смогли поделить власть — гражданская война стала постоянной.

Для СССР цена афганской войны была велика: более 15 тыс. солдат и офицеров погибли, тысячи остались ранеными. Ветераны пережили психологический стресс, получивший название «афганский синдром». У Советского Союза, таким образом, на излете его существования появился свой Вьетнам.

Оригинал публикации: http://www.gazeta.ru/science/2014/12/25_a_6358165.shtml




Loading...


Похожее ...

Оставить комментарий

Почта (не публикуется) Обязательные поля помечены *

*

Вы можете использовать эти HTML теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>